Сидни Шелдон. Безрассудная

Он знал про сделку своей семьи с Кранстоном, и его мучили угрызения совести. Алтея сумела заинтересовать его идеями «Группы-99». Думаю, ее целью было убедить его помочь разоблачению или каким-нибудь образом помешать соглашению, но он испугался. Как бы там ни было, я отправился в Англию, чтобы познакомиться с ним.

– Ну и как, удалось? – Трейси впервые с начала разговора искренне удивилась.

Хантер кивнул.

– Конечно. Я взял у него интервью для статьи.

– Вы и с Бобом Дейли тогда познакомились?

– Нет, только с принцем.

– И что он вам рассказал?

– Что касается фрекинга, не много. К тому времени у него уже началась глубокая депрессия. Он ненавидел Сандхерст. Юноша был геем, и ему приходилось нелегко. Ко всему прочему, у него разладились отношения с отцом, его презирал командир.

– Фрэнк Дорриен… – пробормотала Трейси.

– Я расстроился, когда услышал, что Ахилл покончил с собой, – проговорил Хантер, уставившись на остатки вина в бокале. – Расстроился, но не удивился. Боб Дейли сказал про него то же самое, когда мы встретились в лагере под Братиславой. У этого мальчика была измученная душа. Они дружили – хотите верьте, хотите, нет.

– Я знаю, – отозвалась Трейси."

"– Как бы там ни было, Ахилл толком ничего не рассказал мне про ту греческую фрекинг-сделку, зато много говорил про «Группу-99». Как оказалось, эта тема его очень интересовала, и он показал мне фотографию своего куратора, то есть Алтеи. Не самого лучшего качества, как вы сами знаете: крупное зерно и лицо в полупрофиль, – но хватило и такой, чтобы потрясти меня до глубины души.

– Потому что?..

– Потому что я понял, что знаю ее и что моя статья окажется куда объемнее, чем я мог предположить.

Глава 30

– Ее настоящее имя – Кэтрин Эванс. – Хантер поставил локти на стол и посмотрел на Трейси. – Кейт. Как только я увидел у Ахилла фотографию, сразу вспомнил. Мы с ней вместе учились.

– Где? – Трейси нахмурилась. – Мне казалось, вы говорили, она из ЦРУ.

– Верно. Но я знал ее раньше, еще в Колумбийском университете, – объяснил Хантер. – Учились вместе.

– Значит, вы с ней дружили?

На лице Хантера появилось ностальгическое выражение.

– Больше чем дружили. Кейт была моей первой по-настоящему большой любовью.

Трейси это заинтриговало.

– А что у нее за прошлое? Она была радикалкой?

Хантер засмеялся.

– Радикалкой? Да нет. Из всех девушек, перечисленных в нашем университетском ежегоднике, именно она с наименьшей вероятностью могла связаться с такими, как «Хакеры». Ее семья родом из Огайо. Хорошие люди, добрые христиане, республиканцы, к тому же далеко не бедные. Ее отец владел местной газетой, но основной капитал сколотил на Уолл-стрит. Нет нужды говорить, что мою кандидатуру как зятя он не одобрял совсем.