Сидни Шелдон: Ангел тьмы

Если бы я могла хоть что-то предложить ему… но если всего этого нет, жестоко обнадеживать его. Он должен меня забыть.

— Постарайтесь отдохнуть, — шепнул Карлос, укутывая ее одеялом и осторожно погладив по волосам, прежде чем уйти, но предварительно оглядев коридор, чтобы убедиться, что его не заметили. Ни души. Как всегда в день посещений.

Карлос никогда не видел Мэтта Дейли. Но точно знал одно: он никогда не забудет Софию. Эта женщина незабываема.

Мэтт направлялся к шоссе, соединявшему два штата. Его новый «рейндж-ровер», сделанный по спецзаказу, был единственной машиной на дороге. Голая пустыня простиралась во всех направлениях. Океан пыли и пустоты. Как моя жизнь. Скорбь и опустошение…

Весь мир считал, что Мэтт Дейли начал новую жизнь. Внешне так и было. После нескольких лет изнуряющей лечебной физкультуры он вопреки всем предсказаниям научился ходить и теперь опирался только на трость. Его имя редко упоминалось без эпитета «выживший». Его документальный фильм о деле Азраила, любовно снятый на почти нищенский бюджет, потому что Мэтт сам хотел его редактировать и монтировать, заслужил всемирную славу и признание. Мэтт не делал секрета из того факта, что является защитником Софии Баста. Недаром он свалил вину за все убийства исключительно на Фрэнки Манчини. Несмотря на то что присяжные на суде весьма эффективно доказывали то же самое, многие до сих пор были не согласны с приговором, и в их числе Нэнси Грейс с телеканала Эйч-эн-эл. Грейс с самой ночи ареста жаждала получить голову Софии на блюде. Но, как ни странно, именно уничтожающий отзыв ведущей «Фокс ньюс» обеспечил его фильму куда более широкий круг зрителей, чем мог надеяться Мэтт. Показанный в Азии, в частности, в Индии, как и в Америке и Европе, фильм стал настоящим коммерческим хитом. Мэтт Дейли был не только «выжившим», но и богатым, успешным — победителем. Но все это не имело значения.

Он не ожидал, что сегодня Лайза согласится с ним увидеться. За четыре года он привык к ее отказам. Но все же надеялся. Надежда его и погубит.

Мэтт свернул на бесплатное шоссе. Теперь, когда он был один, слезы струились по его лицу. Он покорно отдавался боли. Иногда, правда, пытался сопротивляться, твердил себе, что должен что-то сделать, взять депрессию за горло, поставить ее на колени и победить. Но чаще всего просто ждал, что боль одолеет его, и тогда он помчится к краю обрыва и не нажмет на тормоза. Сбросит свое бремя. Станет свободным.

Когда-нибудь…

Глава 36

Клер Майклз пила кофе за угловым столиком в «Ле Пен Квотидьен» в Брентвуде, ощущая при этом удивительное умиротворение. За окном стоял прекрасный июньский день. Прошло девять месяцев со времени последнего неудачного визита Мэтта в «Алтасито», и их жизнь наконец стала меняться к лучшему.