Сидни Шелдон. Безрассудная

Ей было слышно, как один за другим замолкали двигатели автомобилей, а с ними погасли и маячки. Вокруг опять воцарились кромешная тьма и зловещая тишина, как перед бурей. Все чувства Трейси были крайне обострены, нервы напряжены до предела, как натянутые струны, того и гляди лопнут.

«Кто сообщил в полицию? Неужели кто-нибудь видел, как я входила в дом? Возможно, сосед услышал, как сработала сигнализация? Джейкоб – единственный, кто знает, что я здесь, он не мог меня выдать». Мысли лихорадочно метались в голове, когда она услышала шаги, направлявшиеся к парадной двери, в то время как другие раздались под окнами – полицейские окружали дом. Трейси в отчаянии огляделась в надежде отыскать способ сбежать, но времени не осталось! Через несколько секунд дверь распахнется, ее поймают на месте преступления и арестуют. Камерон был прав: в лучшем случае ее с позором отправят в США, а возможно, ЦРУ отречется от нее и оставит гнить в британской тюрьме, избавив себя от конфуза.

И она уже никогда не найдет Алтею, не узнает, что случилось с Ником.

В парадную дверь забарабанили.

– Полиция! Откройте!

И Трейси приняла решение.

Генерал-майор Фрэнк Дорриен ненавидел совещания, а сегодня их было два, и он чертовски устал. «Если бы я любил болтать о постановке задач и передовом опыте, а также попусту тратить вечера на всякие презентации, то занялся бы бизнесом», – мысленно возмущался он, пока ехал домой. Мало того, что пришлось полдня вести бестолковые беседы в МИ-6, так еще постоянно ждешь подвоха, будто вокруг одни шпионы. Офицеры британской армии не могут быть дураками, однако сегодняшнее совещание комитета по финансированию Сандхерста свидетельствовало об обратном, и оно стало пыткой во всех смыслах этого слова. Такие комитеты следовало бы запретить Женевской конвенцией.

Когда Фрэнк завернул на свою улицу, мечтая лишь о том, чтобы выпить стаканчик виски, принять ванну и лечь в постель, мимо него проехали две полицейские машины. И едва он успел подумать, как это необычно, увидел и третью, стоявшую с заведенным двигателем на его подъездной дорожке. Офицер в форме на крыльце что-то серьезно объяснял взволнованной Синтии, которая, видимо, только что вернулась домой после бриджа.

– Прошу прощения, генерал, – обратился полицейский к Фрэнку, едва тот вышел из машины. – Остальные уже едут?

Тот нахмурился.

– Остальные? Какие остальные?

– Курсанты. – Полицейский понизил голос и продолжил заговорщическим тоном: – Все в порядке, генерал: специалист-взрывотехник уже все нам объяснил."

"Ничего не понимая, Дорриен почувствовал, что начинает закипать.

– Какой, к черту, специалист? Что вы несете?

– Капитан Филипс, ваш специалист-взрывотехник, который впустил нас в дом.