Цветная музыка сидхе

Рикель не выдержал ужаса содеянного и покончил с собой у нас на глазах.

— О боги! — выдохнула я. — Какой кошмар! Бедный мальчик…

— Суда не было, так как судить и наказывать было некого. А эльф, виновный своим молчанием в этой трагедии, не являлся убийцей. Он тогда много чего кричал, сидя над окровавленным телом правнука. Сидхе… Как же он ненавидел их всех и ее, покинувшую его любовь. Но ее народ больше. За то, что они ушли, за то, что забрали ее с собой. За их волшебный дар, который может убивать одним лишь словом. За их музыкальные инструменты, которые слушаются не всех. Оказалось, эта гитара долгие годы валялась и никому не подчинялась, пока не нашла созвучие с душой Рикеля. О ней и забыли. Этот эльф позднее выплатил семьям всех погибших большие денежные компенсации. Я не взял у него этих денег, — криво усмехнулся Дар.

— И с тех пор ты тоже ненавидишь сидхе, — печально констатировала я.

— Ненавидел, — исправил он меня. — Долгие годы я ненавидел народ сидхе, так как один из их потомков убил мою семью. Лишь сейчас, после знакомства с тобой, это чувство ушло. Я простил своего однокурсника. Он такая же несчастная жертва, как и все, кто умер по его вине. Он не знал, не подозревал даже, что в его крови может проснуться волшебство сидхе. Не умел управлять им. Он был славным и добрым, учился на целителя. Сейчас я понимаю, почему Рикель не вынес. Его предназначением было спасать жизни, а не отнимать. И тут такая трагедия, содеянная им. Тогда же горе и отчаяние, ненависть к убийце моих близких затмевали разум.

Дарио тронул пальцами струны, и резкий неприятный звук прорезал тишину.

— Я окончил академию. Потом еще много учился у разных учителей. Я хороший маг, я говорил тебе. Осваивал владение оружием. Близких у меня не осталось, и я вел не самый праведный образ жизни. Нажил энное количество врагов. Один из них — Калахан. В общем-то в наших плохих отношениях виноват я. Потом случайно спас ему жизнь. Так получилось… Был роман с Хельгой. Шло время, я менялся. Единственное, что не менялось, — это моя ненависть к сидхе и их потомкам. Правда, полукровок мне не доводилось встречать. Либо они не афишируют это, либо же браки с эльфами были редкими, а в иных рождались или драконы, или истинные сидхе. Жизнь продолжалась, я попал под суд, угодил на каторгу и в рабство. Выжил, что удивительно. И вдруг увидел эту гитару. А мальчуган-менестрель, славный малыш, спасший меня, неоднократно слышавший мои слова, как я ненавижу сидхе, оказался потрясающей красоты девушкой. Сидхе. А я…

— Дар, — сглотнула я подкативший к горлу ком.

— Не нужно, Рэми. Всё в прошлом. Я простил Рикеля, понял не только разумом, но и сердцем, что это была трагическая случайность. Отпустил я и свою ненависть к твоему народу. Не виноваты ни в чем сидхе, старейшины правы.