Цветная музыка сидхе

И это не воля богини! О нет! Это воля жриц! Вы от ее имени творите все эти жестокости. Это ваши руки по локоть в крови. А Неумолимая… она добра к нам, смертным людям и нелюдям, так же как добры к нам остальные боги. И не смейте! Слышите?! Не смейте оскорблять ее! Да, я выросла в Дагре. Я с детства привыкла почитать и бояться богиню смерти. Но всё было обманом! Это вы нас запугивали! Это вы убивали и продолжаете убивать свой народ, а не она! И если потребуется, я готова снова пройти испытание богов! Воззвать к Неумолимой и молить ее сказать свое слово и покарать тех, кто действительно виновен!

Жрица, приговорившая меня, холодно глядя мне в глаза, демонстративно медленно и насмешливо похлопала в ладоши, аплодируя моему монологу.

— Какая горячая речь. Хоть что-то святое осталось в вас, преступница. Радует, что хотя бы Неумолимую вы по-прежнему чтите. Но что бы вы ни говорили, вы — гражданка Дагры и подчиняетесь нашим законам. А потому — готовьтесь взойти на очищающий костер. Владения Неумолимой заждались вас, графиня дас Рези.

Я открыла рот, чтобы что-то возразить, объяснить, но не успела. Заговорил тот из драконов-старейшин, который брюнет с сильной проседью. Почему они сразу все не представились? Тяжело ориентироваться, не зная имен собеседников.

— Мне жаль, почтенные граждане закрытого королевства, но графиня Рэмина дас Рези не подчиняется законам Дагры. Вы не можете приговорить ее к смерти по вышеназванным причинам, — спокойно произнес он и сплел пальцы рук.

— Что значит «не подчиняется законам Дагры»? — оскалилась жрица, недовольно уставившись на него. — Она подданная нашего королевства.

По мере речи дракона у меня всё шире и шире распахивались глаза. Это правда?! Но как? Почему я ничего до сих пор не знаю? Мне-то отчего об этом не сообщили? Оказывается, я уже подданная Тьяринды, но сама не в курсе. И что он там говорил о соглядатаях? За мной следили?!

Но самое поразительное было в том, что всё сказанное — правда. Чистейшая правда. Я видела это по ауре дракона и по лицам остальных членов Совета. Они знали и были полностью с этим согласны.

А вот для жриц Неумолимой и для сопровождавших их лордов Дагры информация о том, что они ничего не могут со мной сделать, прозвучала как гром среди ясного неба. Впрочем, для меня тоже.

— Это ложь! — выдохнул один из дворян и с надеждой взглянул на сестер Неумолимой. — Это ведь ложь? Сестры, вы же видите, когда собеседники обманывают, вы же одаренные по воле Неумолимой.

— Это правда, — скривившись, тихонечко ответила старшая жрица. — Мелкая дрянь оказалась умна и подстраховалась.

А я сидела словно оглушенная. Я гражданка Тьяринды! Боги всемогущие! Меня не смогут вернуть в Дагру и отправить на костер.