Сиделка

Твари замерли, настороженно глядя на людей, но потом, почувствовав свободу, снова двинулись вперед. Медленно, осторожно, опасливо косясь на Фредерика.

— Лорд Алластер! — напряженно позвал Горн. — Отец!

— Он без сознания, Дерек, — тихо сказал Каллеман, глядя на друга с плохо скрытым сочувствием.

— Сзади! — рявкнул в этот момент Лукас.

Горн, не оборачиваясь, ударил заклинанием, и огромный уродливый пес, подобравшийся к нему почти вплотную, оглушительно взвизгнул и отскочил в сторону.

— Рес! Откуда они берутся? — прорычал Хольм."

"Глаза его стали волчьими, на щеках и на шее проступила шерсть, руки частично трансформировались в огромные когтистые лапы.

— А главное, сколько их тут?

— Семеро, — негромко сказала я, но меня услышали.

— Кэти? Ты что здесь делаешь?

Горн мгновенно оказался рядом. Он навис надо мной, буравя тяжелым взглядом.

— Я велел тебе оставаться в департаменте, — в голосе графа звучал металл.

— Вам с ними не справиться, милорд, — тихо сказала в ответ.

— Зачем ты пришла? Проклятье! Ты хоть понимаешь, как это опасно?

Дерек сжал меня за плечи, но тут же отстранился и резко бросил заклинание:

— Эрборио!

Подбиравшийся к нам пес с визгом отскочил в сторону.

— Я могу их прогнать, милорд. У меня уже получалось избавиться от этих тварей.

Рес! Мне бы только собраться и хоть ненадолго избавиться от страшного воя в голове, иначе я не смогу вложить в слова нужную силу.

— Там, на дороге из Кранца, это была твоя работа? — заглянув мне в глаза, спросил Горн.

— Да, — подтвердила я.

— Уверена?

— Да, милорд. Только сейчас я никак не могу сосредоточиться. Они слишком сильно визжат.

Горн понятливо кивнул.

— Я возьму на себя все, что ты слышишь, а ты произноси заклинание, — распорядился он.

Дерек перевел взгляд на умирающего герцога, на сражающихся с тварями Лукаса и Каллемана, напряженно застыл и, посмотрев на меня, одними губами сказал:

— Действуй, Кейт.

В тот же миг вой в голове стих.

— Убирайтесь туда, откуда пришли! Ретеро! — выкрикнула изо всех сил.

По сути, это было то, что я говорила в прошлые разы, а последнее выражение обладало закрепляющим эффектом. Оно как бы запечатывало заклинание, не позволяя исказить его или нарушить. В первый раз, когда на меня напал один из псов, я не знала этого, поэтому и потеряла сознание, невольно закрывая заклинание собственной силой. Но сейчас все было иначе. Не так давно я вспомнила рассказ гнома о необходимости закрепляющих выражений и теперь понимала, что нужно делать.

— Ретеро! — еще раз громко произнесла в пространство, стараясь вложить в это слово все, что чувствовала.

Подчиняясь древнему приказу, черные псы дернулись и упали на пол, корчась и завывая. А потом замерли и растворились в воздухе, оставив после себя невыносимый смрад.