Сибирская амазонка

А тут испугались…

— Это что ж, из области народных преданий? — не сдавался Вавилов.

— Да, ладно тебе, Иван, — остановил приятеля Алексей. — Рассказывайте дальше, Никита Матвеевич! Я о таких людях слышал. Их в Альпах встречали и у нас на Кавказе.

Почему бы и в Сибири им не водиться?

— И то правда, — взбодрился от его поддержки атаман. — После того мужика, издалека только, и другие станичники видели, но ни к кому он так близко не подходил, как к моему деду. А добро он запомнил. Лет через пять у деда корова потерялась. По всей округе искали, не нашли, а через неделю, под утро, слышат, она у ворот мычит. Выскочили, глянь, точно блудня объявилась. За рога к забору притянута и той самой тряпкой, что дед рану Кзыл-оолу перевязал. И вымя в порядке, не разбухло от молока. Похоже, доили ее, корову то есть…

Иван язвительно хмыкнул, но Алексей осуждающе посмотрел на него. И Вавилов подчеркнуто покорно вздохнул и устремил свой взор на атамана.

— А тебе, Никита, приходилось этого рыжего встречать?

— Нет, бог миловал, — развел тот руками.

— Так он уже дуба наверняка дал, — не выдержал, рассмеялся Иван. — Это ж сколько лет прошло, когда твой дед его видел?

— Может, и помер, — вздохнул атаман, — только старики сказывали, что не одного его видели. А, кажись, с бабой евоной. Она ростом поменьше и с дитем. А Иннокентий Владимирович сказывал, что в Тибетских горах их «снежными людьми» кличут…

— Ну и ловил бы этот сэр их в Тибетских горах! Чего в Сибирь-то приперся? — опять не сдержался и съязвил Иван. — Финажки некуда девать, что ли? И бродяжню эту заморскую с собой приволок. Видно, и впрямь денег куры не клюют?

— Что тебе до его денег, Иван, — остановил приятеля Алексей. И уточнил у атамана:

— Выходит, у вашего Кзылоола дети были? И, вполне возможно, что и внуки? Скажите, Никита Матвеевич, а в последнее время этих людей видели?

Варька Заварухина. Ни детей, ни плетей, но хозяйство держала справное и двух сезонных работников. Мужик у нее бравый казак был. Старший урядник, да утонул спьяну в Кызыре.

При нем Варька тише воды ниже травы была, а после его смерти будто с цепи сорвалась. Всех принимала, никем не гнушалась! Ни старым, ни молодым. Драки из-за нее стали случаться! То голову кому проломят, то скулу набок свернут.

Бабы наши взвыли — и ко мне! Выселяй, вопят, Варьку из станицы сей момент. Всех мужиков станичных поиспортила.

Они теперь к ней, дескать, как мухи к дерьму липнут! Делать нечего! Вызвал я Варьку, серьезно с ней поговорил, урезонить пытался, а она, вдобавок ко всему, и передо мной решила юбку задрать. Я тогда ее нагайкой по мягкому месту отходил и сроку дал неделю, чтобы убиралась из станицы. — Атаман перевел дыхание. — Только ночью она исчезла. На второй день соседи ее хватились.