Сибиряк. В разведке и штрафбате

Но что интересно, кашель стал значительно меньше – не обманул доктор.

Потом из маршевиков отбирали к себе в подразделения артиллеристы, минометчики, связисты. Необученные, годные к строевой службе, попадали в пехоту.

Когда разобрали по командам технических специалистов, Алексей попросил разрешения обратиться.

– Разрешаю.

– Я снайпер, в красноармейской книжке запись соответствующая есть.

– Нет у нас в полку снайперской команды. Ваша фамилия?

– Ефрейтор Ветров.

– Я учту. Встаньте в строй.

– Есть.

Оставшихся пехотинцев отправили на передовую.

Алексей ругал себя – надо было назваться минометчиком или артиллеристом. Там и необученные нужны: снаряды подносить, к примеру, – наука невелика. А в пехоте толку от его способностей никакого. А уж если воевать, так с толком, с максимальной отдачей.

Тем не менее через неделю его вызвали в штаб батальона.

– Ты правда снайпер?

– Так точно.

– На нашем участке немецкий снайпер завелся. Что ни день, трех-четырех человек убивает. Надо его уничтожить.

– Винтовка снайперская нужна, с оптикой.

– Нашей нет, есть трофейный «маузер». Сгодится?

– Наша лучше, привычнее. Но и из немецкой стрелять можно.

Ему вручили винтовку, патроны.

– Делай, что хочешь. Даю тебе три дня, но чтобы снайпера убил.

Легко сказать – «даю три дня»! Надо выбраться на передовую, с очевидцами поговорить. Когда немецкий снайпер стреляет, по открытой ли цели, куда попадает, на каком участке чаще появляется? А до того винтовку пристрелять надо. У снайпера, как и у сапера, права на ошибку нет. Немца надо снять одним выстрелом, при промахе он сам может Алексея убить. У немцев на фронте снайперов было меньше, чем у нас, но готовили их тщательнее. К тому же снайперы всегда охотились парами. И не факт, что убьешь одного, а второй не продолжит стрельбу. Напарника бы ему, да где же его возьмешь?

Алексей ушел в тыл и в овраге пристрелял винтовку.

Бой у «маузера» оказался неплохой, на триста метров он три пули уложил в консервную банку.

Вечером он пришел в расположение второй роты – на их участке снайпер появлялся наиболее часто. К тому же местность на немецкой стороне для маскировки была наиболее удобной, есть лес с высокими деревьями, а на наших позициях – кустарники и овраги. Укрываться в них удобно, но для ведения снайперского огня они не подходят. Лучше иметь возвышенное место, обзор дальше. Почему-то ему сразу подумалось о деревьях.

Алексей доложил ротному о задании и о том, что затемно выйдет на «нейтралку». Ротный вначале стал возражать, но, узнав, что приказ исходит от батальонного начальства, замолк.

– Делай что хочешь! – махнул он рукой.

Перед рассветом Алексей вышел на «нейтралку». Отошел от наших траншей метров на сто.