Трофей для Зверя (СИ)

"

"Ощущение присутствия не отпускало ни на миг, и при этом с момента возвращения в Асоллу она ни разу с ним не сталкивалась. Даже если он оказывался поблизости, то проходил мимо, не удостоив даже взглядом. Он попросту не замечал ее, словно она стала невидимкой.

Казалось бы, какая разница, замечает он или нет? Плевать на него! Плевать на то, что она больше не интересовала императора, плевать на то, что возле него постоянно крутились девицы, пытающиеся привлечь внимание загадочного правителя из Андракиса.

Ей все равно.

Ей уже давным-давно плевать на все.

И тем не менее по ночам все чаще она видела императора и заново переживала то время, когда он был рядом, в одной комнате с ней. Вспоминала, каково это было возвращаться, неизменно нарываясь на темный взгляд, принадлежащий ей одной. Слышать размеренное дыхание ночью, выводить его на эмоции, пробивая стальную выдержку. Кроме этих воспоминаний у нее не было ничего…

И чтобы хоть как-то отвлечься от мыслей, лишающих покоя и разъедающих изнутри, Мел сконцентрировалась на своей цели. На Вейлоре.

В тот день главный надзиратель отправил ее помогать на кухню.

Она не противилась. Она вообще никогда не бунтовала и не возражала против той работы, которую ей назначали. И дело было не в покорности, и не в том, что она смирилась со своей участью. Неважно что делать, мыть тарелки или выгребать стойло — она молча выполняла, незаметно наблюдая за тем, что происходит вокруг.

С ее появлением на кухне установилась напряженная тишина. Несмотря на то, что тереть она была всего лишь прислугой, люди по-прежнему ее опасались. Мало кто мог выдержать прямой, полный лютого холода взгляд бывшей главы королевской стражи. И только главная повариха командовала, не стесняясь в выражениях и не делая различий между ней и другими работниками.

— Вот это отнеси в обеденный зал. Кхассеры любят свежий хлеб.

Мелена молча подхватила тяжелый поднос.

Подносить хлеб к столу завоевателей — это не то, о чем она мечтала. Но зато можно оказаться ближе к ним и понаблюдать.

В главном зале было шумно. Теперь столы стояли рядами, и напротив входа, на возвышении располагался самой большой из них. За ним восседал император, по правую руку Хасс с той самой выскочкой, которая помогла сбежать ему из тюрьмы, по левую — незнакомый кхассер с черными, как вороново крыло длинными волосами, собранными в высоких хвост.

По залу сновали девочки-прислужницы. Они забирали грязную посуду, меняли приборы и подливали в кубки терпкое вино. Рядом с главным столом настойчиво крутилась Тира. Теперь ее волосы отросли и уже не торчали во все стороны, как иголки у неряшливого ежа, и несмотря на то, что роскошные шелка сменились скромным серым платьем прислуги, своих манер она не оставила.