Фальшивый брак. Невольная жена императора (СИ)

И всегда был риск ничего не добиться, потому Лотера пытали, когда он умалчивал о своих деяниях на посту императора. Чего дальше ждать от Виолет? Вдруг она обозлится, либо просто поймёт, что не может подвести отца. Может ли она навредить себе из-за ребёнка?

Эта мысль обеспокоила. Тревога вообще не покидала меня после разговора с Виолет. Мне стоило думать о том, как завершить эту историю с договорным браком, мысленно молиться о том, что связь не сформировалась до конца, а я размышлял о возможности хоть что-то исправить. Идиот… Неудивительно, что она так легко меня обманула.

Раздался стук в дверь, следом тихий голос Клэр и густой — Себастьена. Хоть одна хорошая новость.

— Оставь нас, — попросил я у служанки, выходя в гостиную.

Девушка склонила голову и поспешила уйти.

— Матео мне толком ничего не объяснил, сказал, что срочно. Что случилось, Дом? — друг вперил в моё лицо встревоженный взгляд алых глаз.

Выглядел истощённым, да и аура потускнела. Среди демонов редко появляется врождённый дар, предвидение уж вообще что-то из раздела фантастики, но у нас рождаются всевидящие, способные рассмотреть суть вещей, различить незримые связи. Вот только за свои способности они дорого платят. Каждое использование дара забирает магию и жизненные силы, а также замедляют их восстановление.

— Я понимаю, ты ещё не…

— Дом, что происходит? — перебил он меня.

— Скажи, связь с Виолет ещё не укрепилась? Её можно разорвать?

Беспокойство Себастьена усилилось, буквально расходясь от него волнами. Он присмотрелся к рисунку моей ауры. По его лицу скользнула тень. Я понял ответ ещё до того, как он произнёс сиплое:

— Мне жаль, Доминик.

— Не стоит, — усмехнулся я, останавливая его жестом."

"Казалось бы, завершились сложные годы жизни под чужим именем, подпольной деятельности и столкновений с дядей. Переворот позади, я вернул то, что принадлежит мне по праву рождения. Но на этом всё не закончилось, случилась Виолет. Своенравная, загадочная, сильная, опасная и совершенно ненадёжная. Но всё равно любимая…

Грудь пронзило болью. Столь внезапно и беспощадно, что я согнулся, теряя возможность дышать.

— Дом, что?! — Себастьен поддержал меня под руку, помог присесть на пол. — Что с тобой?!

— Виолет… — прохрипел я.

Боль сдавила грудь, не позволяя произнести больше ни слова. Перед глазами потемнело. Тело скрутило судорогами, ни вздохнуть, ни пошевелиться. Меня будто разрывало на части, мучительно-медленно, безжалостно и совершенно невыносимо. Год под пытками в этот момент показался бы лёгким досугом. Я рычал сквозь зубы, старался терпеть, бороться, удержать истончающуюся связь, но ничего не выходило. Сердце горело, разрушалось в беспощадном пламени, постепенно опадая пеплом, пока в груди не образовалась выжженная дыра.