Фальшивый брак. Невольная жена императора (СИ)

Пусть это не приворот, но я понимала, что колдовство в этом мире реально. Следовало сразу послушать совесть, а теперь уже поздно, дело сделано.

— Вы снимете воздействие? — Матео продолжал сверлить меня сердитым взглядом, в глубине которого пылала ярость, но почудилась мне и настороженность.

Я вдруг поняла, что он так напряжён не только от злости, но и потому что сам опасается атаки.

— Я совершенно неопытна в магии, — покачала головой. — Но мне кажется, я знаю, что можно сделать. Надо уговорить Доминика отказаться принять кровную связь, — сообщила неуверенно, вновь заглянув в гримуар.

Ритуал не завершён, значит, надо окончательно нарушить его ход.

— Вы сомневаетесь, — хмуро заметил Матео.

— Сейчас я ни в чём не уверена. Приведите Доминика в его комнаты. И мне нужны духи, отдушка. Чем-то перебить мой запах. Он… ему он очень нравится.

— Исключено, — качнул головой Матео. — Это его, наоборот, выведет из себя.

— Вам виднее, — буркнула я. — Вы же демон.

Кажется, он хотел что-то сказать по поводу моей ведьмовской родословной, но сдержался.

— Я приведу Доминика, — Матео ещё минуту вглядывался в моё лицо, потом вышел.

Не доверял, само собой. Но был ли у меня выбор? Что я могла? Сбежать? Нет, только метаться по комнате в тревоге!"

"Вскоре смежная дверь открылась. В проходе появился Матео и поманил меня следовать за ним.

— Что ты задумал? — послышалось возмущение Доминика. — У меня мало времени.

— Это важно, — только и ответил он, посторонившись, чтобы пропустить меня в комнату.

Доминик предстал мне не домашним, как утром, он был облачён в чёрный мундир и брюки со стрелками. Теперь я знала, что это военная форма Тринаты. И она ему невероятно шла, но и делала далёким, строгим императором, а не мужчиной, с которым мы проснулись в одной постели.

— Ви, что случилось?  — при взгляде на меня лицо Доминика смягчилось.

Чёрные глаза наполнились беспокойством. Сердце заныло. Меня накрыло чувством приближающейся потери. Именно в этот момент я поняла, что мнимый приворот ударил не только по Доминику, но и по мне. В нём оно пробудило страсть, желание сблизиться, слушать меня во всём, а во мне сотворило расположение. Я чувствовала себя здесь настолько одинокой, что сделать этот роковой шаг оказалось катастрофично легко. Но со снятием колдовства его холодность вернётся, к ней добавятся злость и ненависть, а мои чувства останутся прежними.

— Я у тебя кое-что попрошу, пообещай, что выполнишь мою просьбу, — стремительно приблизившись к нему, я взяла его лицо в ладони, заставляя смотреть в мои глаза.

— Что с тобой? Ты плачешь? — он сжал мою талию руками.

Тревога в его глазах усилилась. Как и боль в моей груди.

Я осознала, что сейчас, в этот миг он в последний раз смотрит на меня так нежно, в последний раз беспокоится обо мне.