Под запретом (СИ)

Прохладный воздух вызывает мурашки на моей шее, а аромат леса проникает в каждую клеточку тела. Дорога уже не такая ровная, как раньше; похоже, мы спускаемся по небольшому склону.

— Тебе не кажется, что это как-то не очень романтично — вести девушку с завязанными глазами по лесу с рюкзаком неизвестного содержания? — тараторю я. — И вообще, почему я не должна видеть, куда мы идём?

Спрашиваю, но он явно не собирается отвечать. Еще крепче сжимаю его руку, а второй цепляюсь за локоть.

— Ты ведь не планируешь убить меня и закопать в лесу, как в фильмах ужасов? — подозрительно уточняю.

У меня вовсе нет таких мыслей, просто спрашиваю!

— Или планируешь? — добавляю, щипая его.

— Ангелочек, если ты не замолчишь, то твоя болтовня может привлечь стаю голодных волков.

От внезапного прилива тревоги, вследствие испуга создается ощущение, что сердце бьётся настолько сильно, что опускается к ногам.

Одно дело, когда ты лежишь в своей кровати в темной комнате, тогда страх не так сильно ощущается. Но если ты находишься в каких-то замкнутых местах или в лесу, ты не можешь чувствовать себя спокойно и безмятежно.

— Что? Волки? — выкрикиваю я, тут же мысленно одергиваясь и переходя на шепот: — Здесь есть волки?

Артем, не сбавляя хода, делает глубокий вдох.

— Артём, а если волки нас съедят? Они ведь людей едят, правильно? В фильмах же именно так и показывают.

Теперь слышу его смех. Неужели он смеется из-за моих слов? Что может быть смешного в том, что тебя могут съесть?

— Даже боюсь представить, какие фильмы ты смотрела, — говорит Артем и не удосуживается успокоить, сказав, что просто пошутил.

По крайней мере, очень надеюсь, что это была шутка. Чёртов негодяй! Привёз меня в красивый дом, а теперь ведёт в неизвестность. Вокруг столько опасностей, а я ещё ничего не вижу.

Боже мой! Кажется, мы идем уже бесконечно долго. Дорога не заканчивается, и ноги совсем не держат.

— Артем, — тихо зову я.

— У тебя случайно не найдётся травмат или нож в рюкзаке?

— Нет, а почему спрашиваешь?

— А что, если на нас нападут волки? Чем ты собираешься меня защищать? — ворчу, пока Артем громко хохочет.

— Так вот почему ты молчала все эти три минуты? — смеясь, спрашивает он.

— Да. А ты что ожидал? — ещё сильнее прижимаюсь к его руке, чуть не спотыкаясь о что-то, но Артем вовремя успевает меня придержать.

— Боже, ты меня убиваешь!

— Не умирай, а вдруг на меня волки нападут? А я еще и дороги не вижу, как вернусь?

— То есть обо мне ты вообще не беспокоишься? — спрашивает Артем, а улыбка, которую я держала на лице, постепенно тускнеет.

От мысли, что с Артёмом может что-то случиться, мой пульс начинает учащаться. И в душе поселяются грусть и страх.

— Я бы тебя не бросила, — говорю тихо. — Только с тобой или никак.