Запад-81 (СИ)

По словам капитана Сокола, мимо нас прошли остатки 85-й стрелковой и 29-й танковой дивизий. 33-я танковая, 204-я моторизованная, 27-я стрелковая, 6-я кавалерийская, тоже входившие в Конно-механизированную группу, отходят по левому берегу Немана в район Лунно и Мостов. Точнее, всё, что от них осталось после первых дней приграничного сражения и контрудара КМГ. Преследовать их особо некому: 8-ю пехотную дивизию 8-го армейского корпуса очень сильно потрепали контрударом, и её впору отводить на пополнение. 20-й армейский корпус, брошенный на подмогу 8-му, движется в основном направлении на Белосток, Сокулку и Кузницу, так что непосредственно левый берег Немана практически не прихватывает.

То же самое, отвод войск, происходит и южнее, в зоне ответственности 10-й армии. 6-й механизированный корпус уже отошёл за Свислочь и занимает позиции в районе Волковыска. 13-й механизированный переправился через Нарев и сдерживает натиск 7-го и 9-го армейских корпусов севернее Беловежской пущи. Ему не позавидуешь: на тех, кто уцелеет, южнее Волковыска насядет ещё и 43-й немецкий армейский корпус. В самом Белостоке осталось только небольшое прикрытие, но, скорее всего, уже завтра немцы войдут в город. Именно там, в зоне ответственности 13-го мехкорпуса, сейчас сосредоточена вся активность нашей авиации, пытающейся воздушными ударами помочь корпусу выжить.

Увлёкся. Так что же там про доблесть батальона, попавшую в сводку Совинформбюро?

Последние колонны из Гродно ещё отходили на восток, когда послышалась канонада в районе Озёр, и наш батальон получил приказ выдвигаться к местечку на помощь 36-й кавалерийской дивизии, атакованной с двух сторон егерями 161-й пехотной и полком 28-й пехотной дивизий немцев, нависшими с севера.

За дни стояния под Гродно весь полк уже переоделся в форму 1941 года. Со складов армии её выдали без малейших попыток «зажать», свойственных интендантам. И даже почти в полном составе получил аутентичные красноармейские книжки. Правда, не хватило «мощностей» фотолабораторий, и больше половины книжек пришлось выдать без фотографий владельцев. Данные, за исключением года рождения и года призыва, без обиняков переписывали из военных билетов, которые сдавали при получении красноармейской книжки. Только год рождения и год призыва высчитывали, исходя из того, что сейчас не 1981, а 1941 год."

"Больше всего обрадовались наши прапора, ставшие поголовно младшими лейтенантами. Это ведь в наше время курица — не птица, а прапорщик — не офицер, а тут они стали самыми настоящими офицерами. Ну, а что? Школа прапорщиков — вполне себе достойная замена ускоренным командирским курсам, выпускники которых получали «кубарь» в петлицы.