Замуж в наказание (СИ)

Такие сложные чувства: я и хочу показать ему, что недовольна, и боюсь, что перегну, а он решит оставить меня наедине с обидами.

– Вы наверняка успели осмотреться, походить по заведениям. Доверяю вашему вкусу.

Хотела сказать простое «мне без разницы», но в итоге наружу все равно вылезла обида. Хотя он же вряд ли водил ту… Или тех… По ресторанам. Это не соответствует нашему уговору.

А я так и не смогла найти ее среди подписчиков моих новых знакомых, хотя искала самоотверженно.

Вспоминаю об этом и становится стыдно. Слегка сжимаю колени.

Айдар стреляет в них взглядом.

Приходится силой выбивать из глупой башки мечты: вот бы рука с подлокотника переместилась на мою кожу. Я хочу, как у всех.

Я очень хочу.

– Хорошо…

Пока внутри меня – американские горки, на которых успело укачать, Айдар сохраняет спокойствие.

Везет меня куда-то в тишине. Я злюсь на него еще и за то, что не занимается поиском тем. Как быстро оказывается – злюсь зря.

– Всё удачно в университете? – потому что первый вопрос задает он.

Начинаю с кивка. Думаю им и ограничиться, но стыд жрет. Так нельзя, Айка. Он не сделал тебе ничего плохого.

– Да. Я оплатила обучение. Спасибо вам большое.

– Тебе.

– Да, тебе. Прости. Оплатила. Завезла квитанцию. Теперь жду приказ. Но к учебе уже могу приступить.

– Расписание дали?

Киваю. Тебе же не интересно, Айдар… Зачем спрашиваешь?

– Когда пары?

– Со следующей недели.

Каждый раз, когда замолкаю, переживаю прилив стыда и грусти. Я бы могла болтать-болтать-болтать. Делиться всем вплоть до описания красоты орхидей на подоконнике в деканате. Но ему это не нужно. А я ещё большим посмешищем становиться не хочу.

– Тебя хорошо приняли?

Не позволяю себе воспринимать его вопросы, как проявление заботы.

– Хлеб с солью не выносили. Чай тоже не предлагали, но…

Развожу руками, смотря на Айдара.

В ответ на его усмешку хочется клацнуть зубами. Может хотя бы так ему понравлюсь? Стану стервой?

Дура какая…

– В мое время пиздюли из деканата летели чаще, чем печенье…

Айдар шутит, я борюсь с губами и рвущимся в ответ смехом. Закусываю до боли уголки губ. Сдерживаюсь.

Просто вспомни, сколько времени он проводит не с тобой, Айка. Просто вспомни.

– Со мной, слава Аллаху, так никто не разговаривает… – Свой неуместный комментарий произношу тихо. Смотрю при этом на колени. Улавливаю боковым зрением взгляд, придумываю себе нежность.

– Кроме мужа.

– Да. Кроме мужа.

И мы снова молчим.

Я думаю о том, что зря проявила слабость. Нужно было врать, что занята. Сблизиться нам это не поможет, а страдать опять из-за того, как больно быть невостребованной, я уже устала.

Может придумываю, но машина замедляется. Я осторожно подглядываю за водителем.

– Скажи что-то…

Очевидно не так осторожно, как самой хотелось верить.