В оковах его власти (СИ)

Это же шутка, правда? Просто шутка?

—Хуевая у тебя шутка, Надь.

—Не ругайся, — с укором прошептала она без тени улыбки на лице. — Я все сказала.

Внутри разгорался огонь, я резко вскинул руку с кольцом и ударил ею по стене, прямо рядом с Надей, которая при этом даже не шелохнулась.

—Так ты просто сдалась? Просто согласилась с тем, что приказал отец? Как послушная собачонка, да? Думаешь, я поверил тебе? Что ты творишь? Что? —я схватил ее и начал трусить как тряпичную куклу в надежде, что весь бред таким образом выветрится из головы, но она смотрела на меня пустым взглядом и молчала.

Осознание потери пришло ко мне не сразу, но когда первые волны окатили тело, я не знал, куда себя деть. Она стала первой девушкой, которую я полюбил. И нет, я не был девственником, у меня хватало тех, с кем можно было провести ночь, но Надя стала моей точкой невозврата. После чего я видел только ее, дышал только ею и готов был целовать землю, по которой она ходила.

—Я не люблю тебя, Саша, это все было дуновение злых духов. Просто похоть, которую умело замаскировали под чувства. Саша. Забудь меня. Я не люблю и не любила тебя.

Снова получив удар под дых, я отшатнулся, и в этот самый момент Надя вырвалась из моих рук. Навсегда вырвалась. Мы и правда больше не виделись, потому что она вышла замуж за того, кого ей уготовил отец. Я же пошел своей дорогой по пути к самоуничтожению, и этот путь был усеян битым стеклом, по которому я танцевал, оставляя позади океаны крови.

А дальше случилось все то, что и должно было бы случиться с человеком, не привыкшим держать все под контролем. С человеком, пустившим чувств на самотёк и позволившим жить не головой, а сердцем.

Это был жестокий урок, но, несомненно, необходимый, он во многом повлиял на то, кем я стал. Дал опору, пусть сначала и сбил с ног. Очень много с того момента прекратило нести важность, очень многое, наоборот же, стало самым главным. Жизнь обернулась неожиданным витком, ударила по роже с разбегу бетонной плитой и пригвоздила к земле, вверив в руки жизнь еще нерожденного человека. Моего сына.

И ради него я был готов на все. Именно ради него моя жизнь обрела вполне себе реальный смысл.

РАЗДЕЛ 2

ГЛАВА 1

Маша"

"Прошло так много времени, что даже страшно представлять, но я толком так и не смогла прийти в себя. В кошмарах меня преследовали жуткие картинки пережитого, причем такие, словно я непосредственно присутствовала в момент аварии. Сейчас я сидела за столом заурядной кафешки и держала в руках телефон, листая новости. Мой палец замер над одной из них, и тело сковала боль. Потому что все это время я лишь дважды осознанно искала новости о нем, чтобы узнать, как его сын. Не больше.

Я солгала бы, если бы сказала, что не думала о нем вовсе. Нет.