В оковах его власти (СИ)

И я вроде бы ощущала его любовь, но как любой девочке, мне хотелось и ушами тоже. Скажите, что это детская глупость, пожалуйста. Этот человек столько для меня делал, ради меня и со мной, что такие вещи в моей голове всплывать вообще не должны были. Но они всплывали, и хотелось вопить.

Стянув спортивные штаны, он высвободил член, упирающийся во внутреннюю часть бедра. Пульс моментально ускорился, и я громко выдохнула, ощущая пульсирующие касания к коже. Прикосновения огненные. Мы больше не пользовались презервативами, вообще никак. Просто однажды Саша сказал, что не хочет так мучиться, что он хочет меня чувствовать целиком. Что так ярче, острее и приятнее. Это так, в разы прекраснее и до глубины пронизывающе.

—Как же дети? — игриво подмигнула я.

—А что дети? Я не боюсь твоей беременности, и я люблю детей, — без шуток отрезал Саша тогда. У меня дыхание перекрылось, а сердце готово было выпрыгнуть из грудной клетки. —Я уже не в том возрасте, чтобы «ссать по этому поводу», маленькая. И даже в том возрасте «не ссал».

Разве это не показатель любви? Его забота не показатель? Нежность? Помощь во всем? Почему тогда все, о чем я могу думать, это лишь то, что он так и не сказал о своих чувствах. Об одержимости — да, о желании, о похоти — да, но это ведь не про любовь.

Горячий член плавно вошел в меня, и я опустила голову на плечо Саши, помогая в движениях, доводящих до края. Мы отлично изучили друг друга, кто как «догоняется» быстрее, а как медленнее. Теперь наш секс растягивался так, что каждый получал максимальную дозу наслаждения. Проведя пальцами по широкой шее, я оставила невесомый поцелуй на скуле, затем возле ушка, слегка прикусывая мочку. Саша напрягся чуть сильнее, вонзаясь в меня глубже. Ему нравилось, когда я так его ласкала, а мне нравилось дарить ему это наслаждение.

Ощущая насаживающие движения внутри себя, я стянула рубашку, оголяя грудь, что моментально попала в плен мужских губ. Двигаясь по спирали порока, я сильнее ерзала на Саше и постанывала хрипло, обхватывая широкие плечи. Каждый толчок — всплеск ярчайших эмоций, сводящих меня с ума и ослепляющих похлеще вспышек на солнце.

??????????????????????????Хлюпающий звук разносился в кухне, а запах похоти уверенно утрамбовался в моем носу, вымещая все дурные мысли из головы. Сплетясь языками, мы ускорились. Наслаждение на грани боли разрезало меня на миллион частей. Приближаясь к оргазму, я ощутила судорогу, проходящую по ногам вверх. Секунда, и я разлетелась битым стеклом, а Саша, резко ссадив меня с себя, кончил мне на грудь, откидываясь на спинке стула. Пульс отбивался молотом по вискам, а внизу живота разливалась лава.

Мужчина уверенно размазал по мне свое семя, наблюдая за этим с одержимостью маньяка.