Вперед в прошлое 6 (СИ)

Я скосил глаза на Гаечку, та кивнула.

— Мне, безусловно, стыдно за этот поступок, и я лично приношу свои извинения… Вы действительно хотите это услышать?

— Рассказывай, — восторжествовала Джусь.

Что ж, получи, фашист, гранату! Я продекламировал:

— На литру идти боюсь,

Перед выходом молюсь.

Как приснится «русский» вдруг —

Сразу на кровати круг.

В тишине прозвучал звонкий смех хохотушки-Заячковской. Джусь побледнела, не ожидала она, что мы сообразим придумать более литературную эпиграмму. Видно было, что ей хотелось крикнуть: «Это не та эпиграмма» — но она понимала, что ее претензии выглядели бы по-детски жалкими.

— Весьма талантливо, — оценил дрэк. — В прошлом, веке этак в восемнадцатом, на месте Людмилы Кировны я пригласил бы вас, молодой человек, на дуэль.

И стало ясно, что он не то чтобы на нашей стороне, а против Джусь, просто ему нужно соблюсти формальности. Битва «Чужой против Хищника» набирает обороты.

Вспомнилось: «Единственно возможным правовым выходом из кризиса в России могут стать только перевыборы». Совсем обнаглев, я решил додавить ситуацию:

— Как видят все собравшиеся, единственно возможный выход из ситуации — смена учителя. С Людмилой Кировной мы вряд ли найдем взаимопонимание.

Директор шевельнул лысыми надбровными валиками, Джусиха воскликнула:

— Видите! Он уже условия диктует!

И снова директор меня поддержал:

— Мне это решение кажется разумным. — Он глянул на часы и заключил: — Завтра в семнадцать ноль-ноль жду родителей девятого «Б». Елена Ивановна, прошу вас присутствовать как классного руководителя.

Едва он договорил, как прозвенел звонок с урока.

Классный час длился ровно сорок пять минут, и друзья разбежались по домам, только я решил сперва мотнуться на базу, потому что надо было взять мопед, сгонять к Каналье, посмотреть, как идет наш совместный бизнес, а потом — позвонить деду от бабушки и нагрузить его по максимуму, чтобы он не шастал по митингам. Возможно, понадобится ее помощь.

Глава 21

Началось!

Возле гаража, где работал Каналья, стояла белая ржавая «двойка» с багажником на крыше. Алексея я обнаружил в яме, под «Опелем» Зубарева.

Точнее, его было не видно, а слышно, с жутким акцентом он пел:

— Лет ит би, лет ит би, лет ит би, лет ит би-и…

— Whisper words of wisdom, let it be, — в ответ пропел я.

— Пашка? — отозвался он.

Я обошел машину, чтобы его видеть, но он поднялся навстречу, вытер руки о тряпку.

— Как дела? — спросил я."

"— Да нормально, справляюсь. Вот, журнал завел, чтобы ничего не забыть, а то память не очень.

На столе лежал журнал учета. Каналья раскрыл его и то ли отчитался, то ли похвастался:

— «Опель» рассчитываю закончить в течение часа. Потом жигуленка посмотрю. Но там совсем беда, уездили его армяне. Завтра в девять — «акулу» пригонят на диагностику, вот, записал.