Хозяйка дома в «Гиблых Пределах» (СИ)

И я решительно ответила, устав уговаривать мягко:

— Вы, лейтенант, несомненно, достойный мужчина, но не для меня. Возможно, наше знакомство повлияло, или мы просто не подходим друг другу, но у меня нет к вам чувств. Просто нет, вы понимаете?

Тот изменился лицом, я действительно задела его. Он зло проговорил:

— Вы думаете, я не видел? — с усмешкой зло ответил он, — Стояли здесь и как дура любовались на своего капитана. А он что? Думаете, вы ему нужны? Очнитесь! За ним полгорода бегает. И эта глупая лэри Амили, уж до чего ушлая девчонка, а всё туда же.

Он развернулся, зло пнул камешек в сторону реки, тот громко булькнул, долетев, а лейтенант продолжил, зло, неприятно:

— Очнитесь же! — шаг, и он сжимает ладони на моих предплечьях, и слегка потряхивая меня, продолжает: — Вы ему не нужны. Он же птица высокого полёта. Зачем ему ссыльная, если вокруг столько красавиц из хороших семей?

Он приблизил лицо ближе и проникновенно зашептал:

— А я всё сделаю для вас, уважаемая Рада. Всё. У вас будет всё, положение, имя, хорошая и крепкая семья, что сможет вас защитить…

А я всё это время пыталась освободиться. Не выдержала и вскрикнула зло:

— Лейтенант! Держите себя в руках! Вы, да и я на службе. А личные дела давайте решим, как вернёмся в город.

И тут рядом со мной послышался шорох и голос капитана сзади и чуть-чуть сбоку веско заметил:

— Лейтенант Корк, вы удерживаете нашу помощницу лекаря силой? Вам сто́ит остыть и действительно решать ваши любовные дела вне службы. А вам, уважаемая Рада, не стоит ходить по лесу одной. Вы не справитесь одна, случись что с вами. Лейтенант, вы меня услышали, или вам помочь? Придите в себя и отпустите девушку.

В эти секунды, что капитан говорил, выражение на лице лейтенанта поменялось. Я никогда не видела в своей жизни такой неприкрытой ненависти. Лицо заострилось, кончики ноздрей, скулы, всё выдавало в нём еле сдерживаемое желание уничтожить говорившего.

Я успела только понять, что правая рука лейтенанта отпустила меня, миг, другой, в руке у меня оказывается что-то холодное, а его ладонь крепко сжимает мою. Кинула взгляд вниз, поняв, что это короткий кинжал.

А лейтенант на ухо тихо спросил:

— Ваше решение, уважаемая Рада. Вы принимаете мои ухаживания? Я могу рассчитывать на вашу благосклонность?

Я смотрю на него в ужасе, не понимая, зачем всё это. И только автоматически киваю отрицательно, в ужасе от ситуации, в желании прекратить это немедленно.

Миг, и меня разворачивают к капитану, направляя мою ладонь вперёд, хитро подворачивая. Капитан успевает в последний момент отпрянуть, но кинжал пропарывает верхнюю одежду в районе грудной клетки, ведь капитан снял тяжёлые доспехи, что могли защитить его. Да и на лейтенанте их не было.