Цикл романов "Анжелика" Компиляция. Книги 1-13" (СИ)

 – послушно ответила Анжелика и уже более горячо добавила:

– Спасибо тебе, что ты веришь в невиновность моего мужа и помогаешь нам бороться против несправедливости, жертвой которой он оказался.

Лицо иезуита приняло суровое выражение.

– Анжелика, я пощадил тебя, потому что твой несчастный вид возбудил во мне чувство жалости. Но не думай, что я проявлю хотя бы малейшую снисходительность к твоему мужу, который вел скандальный образ жизни и вовлек в него тебя, за что теперь ты очень жестоко расплачиваешься. И в то же время вполне естественно, что я хочу помочь своей сестре.

Анжелика уже раскрыла рот, чтобы возразить ему, но одумалась. Да, она уже научилась быть смиренной.

И все-таки до конца она не смогла сдержать свой язык. Когда они выходили, Раймон рассказал Анжелике, что их младшая сестра, Мари-Агнесс, благодаря его протекции получила должность, к которой все так стремятся, она – фрейлина королевы.

– Прекрасно! – воскликнула Анжелика. – Мари-Агнесс в Лувре! Я не сомневаюсь, что там она разовьется очень быстро и всесторонне.

– Госпожа де Навай особо занимается воспитанием фрейлин. Это очень милая дама, мудрая и благоразумная. Я только что имел беседу с духовником королевы, и он сказал мне, что королева требует от своих фрейлин безупречного поведения.

– Ты или слишком наивен…

– О, этого недостатка наши настоятели не прощают!

– Тогда не будь лицемером, – не выдержала Анжелика.

Раймон продолжал приветливо улыбаться.

– Я с радостью убеждаюсь, что ты осталась прежней, дорогая моя сестра. Желаю тебе обрести спокойствие в том обиталище, которое я указал тебе. Иди, я помолюсь за тебя.

– Да, замечательный народ иезуиты, – заявил Дегре, когда они вышли. – И почему я не стал иезуитом?

До самого квартала Сен-Ландри он философствовал на эту тему.

Ортанс встретила сестру и адвоката с откровенной враждебностью.

– Чудесно! Чудесно! – говорила она, всем своим видом показывая, какого труда стоит ей сдерживать себя. – Я замечаю, что после каждой отлучки ты возвращаешься все в более плачевном виде. И конечно, всегда в сопровождении мужчины.

– Ортанс, это же мэтр Дегре.

Ортанс повернулась спиной к адвокату, которого она не выносила, потому что он был плохо одет и слыл распутником.

– Гастон! – позвала она. – Идите-ка взгляните на свою свояченицу. Надеюсь, это излечит вас до конца дней ваших.

Мэтр Фалло де Сансе и прежде не одобрял поведения жены, но, увидев Анжелику, он в изумлении открыл рот.

– Бедное дитя, до чего вас довели!

В это время в дверь постучали, и Барба впустила Гонтрана.