Цикл романов "Анжелика" Компиляция. Книги 1-13" (СИ)

Как бы в подтверждение этой мысли в нескольких шагах от себя она увидела в стене между двумя коврами щель, через которую, раздвинув ковры, вылезла из соседней комнаты собака с куриной костью в зубах.

Анжелика заглянула в эту щель и увидела сидящую вокруг стола королевскую семью вместе с кардиналом, архиепископами Тулузским и Байоннским, маршалом де Грамоном и мессиром де Льонном. Стольничие, подававшие блюда, входили и выходили через другую дверь.

Король несколько раз тряхнул головой, откидывая назад волосы, и обмахнулся салфеткой.

– Здешняя жара испортит любое торжество.

– На Фазаньем острове свежее. Там с моря дует ветер, – заметил мессир де Льонн.

– Мне им не наслаждаться, ведь по испанскому этикету я не должен видеть своей невесты до дня свадьбы.

– Но вы поедете на Фазаний остров, чтобы встретиться там со своим дядей, королем Испании, который теперь станет и вашим тестем, – объяснила сыну королева. – Вот тогда и будет подписан мир.

И повернувшись к своей фрейлине, госпоже де Мотвиль, она добавила:

– Я так взволнована! Я очень любила брата, часто писала ему! Подумайте только, мне было всего двенадцать лет, когда я простилась с ним на этом самом берегу, и с тех пор мы ни разу не виделись.

Все вокруг сочувственно заахали. Никто, казалось, и не вспомнил, что этот брат, король Филипп IV, был самым лютым врагом Франции и что его переписка с Анной Австрийской дала повод кардиналу Ришелье заподозрить королеву в заговоре и измене. Но теперь все это было далеким прошлым. Новый союз между Францией и Испанией вселял в души людей такие же надежды, как и пятьдесят лет назад, когда на этой самой реке Бидассоа две страны обменялись своими принцессами, совсем юными, с пухлыми щечками, неуклюжими в огромных гофрированных воротниках: Анна Австрийская была отдана в жены Людовику XIII, а Елизавета Французская – юному инфанту Филиппу IV. Инфанта Мария-Терезия, которую ожидали здесь сегодня, была дочерью той самой Елизаветы.

Анжелика со страстным любопытством наблюдала этих великих мира сего в своем кругу. Король ел жадно, но с чувством собственного достоинства. Пил он мало и несколько раз просил, чтобы вино ему разбавили водой.

– Черт возьми! – воскликнул он вдруг. – Самое поразительное из всего, что я видел сегодня, – это весьма странная чета из Тулузы в черном и в золоте. Какая женщина, друзья мои! Роскошь! Мне говорили о ней, но я не верил. И знаете, похоже, что она и впрямь влюблена в него. По правде говоря, этот колченогий меня смущает.

– Он смущает всех, с кем бы ему ни пришлось встретиться, – кислым тоном вставил архиепископ Тулузский. – Я знаю его уже многие годы, и я отказываюсь понимать его. В нем есть что-то дьявольское.

«Ну вот, опять он понес этот вздор», – с огорчением подумала Анжелика.