Сандровские. Трилогия (СИ)

Она стала обходить девушку, и от её пристального взгляда не укрылось, что когда Майя стала поворачиваться, то сделала опору на правую ногу. И снова злорадная ухмылка появилась на её мраморном лице.

— Так ты ещёёёёёё и хромоножка!

Майя сжала зубы. Десны зачесались, клыки прорезались. Девушка понимала, что ни в коем случае не должна подпустить к себе стригоя. Иначе…О последствиях лучше было не думать.

— Вкусы у Бооооори всегда были извращены! — захохотала противница и снова кинулась на Майю.

Та взмахнула мечом, и он едва не коснулся лица стригоя. Грозно зашипев, гостья подпрыгнула, сделала выпад вперед и подсекла Майю. Девушка не смогла уследить за быстрыми движениями врага, лишь почувствовала, как заныла больная нога, и стала терять равновесие.

Самурайский меч с глухим звоном упал на пушистый ковер.

— Птаааашка попалась! — зашипела стригой и повалила Майю на пол.

Она вскрикнула. Бой был коротким, и финал схватки, по большому счету, предсказуем. Майя зарычала и попыталась скинуть с себя бездушную тварь. Та цепко вцепилась в неё, и оскалились, обнажив острые акульи зубы.

— Не рыыыпайся, суууука!

Майя не собиралась растрачиваться на разговоры, она тоже обнажила зубы и попыталась дотянуться до горла противницы. Но та была более натренирована в схватках, и знала, как уклоняться. Она схватила Майю за шею, и чуть сдавила.

— Убить тебяяя — не проблема! Но яяяяя не буду! Оставлю удовоооольствие на потом!

— Я так не думаю!

Яростный голос Бориса эхом отозвался в возбужденном мозгу Майи, и она от облегчения прикрыла глаза. Тело сразу расслабилось. Она знала, что теперь он не позволит стригою убить её.

Так и оказалась. Женщина подскочила, как ошпаренная кошка и отпрыгнула на безопасное расстояние от князя Сандровского. В её глазах промелькнула паника. Она не готова была столкнуться лицом к лицу с Борисом.

Тот тоже в первое мгновение испытал шок. Он полтора столетия разыскивал Нанин, женщину, чью метку он носил на лице, и когда встреча произошла, он был не готов.

Перед ним стояла Нанин, сомнений не было. Но с их последней встречи она изменилась. Глаза стали уже, белков почти не видно, одни кровавые зрачки. Цвет кожи тоже претерпел изменения — неестественно белый, точно это и вовсе была не кожа.

— Нанин! — зарычал он, грозно надвигаясь на стригоя.

Нанин никогда не была глупой. Она сразу поняла, что её план провалился. Из вестибюля и других комнат пентхауса практически перестали доноситься звуки боя, она почуяла, что стригоев почти не осталось, а те, кто ещё пытался сопротивляться вампирам, которых оказалось значительно больше, чем она могла предположить, были почти мертвы.

Нанин зашипела и рванула к окну.