Трактирщица (СИ)

У них горячий нрав, они мгновенно принимают решения и уже готовы броситься в бой. А тем, кто сидит в уголочке и испуганно хлопает глазами ещё нужно раскачаться. Миса с разбега нырнула в открытую дверь кухни, а я зашла туда чуть позже, готовясь увидеть катастрофу.

Так жарко здесь не было никогда. Пар от котлов висел в воздухе удушливым облаком. Я тут же почувствовала, что платье прилипает к телу. Домовиха Марфа в человеческом обличии размешивала суп огромным половником и раздавала указания, возвышая над кухней, как гора над долиной.

- Мельче лук режь, Вален, мельче, куда такие брёвна? Дайс у тебя горит! Не чуешь, что ли? Переворачивай. Вот так. Кондр, рыбу уже можно доставать из печи. Эрика, мой овощи, Миса принесла.

Все, кто мог поместиться на кухне и работать хоть с каким-то результатом уже стояли за столами. Ножи стучали по разделочным доскам, рыба с мясом трещали на сковородах, где-то справа шумела вода.

- Лина Хельда, - заметила меня Марфа.

- Как вы тут?

- По-боевому. И не с таким бедламом справлялись. Вален, неси лук!

Домовой в белом фартуке сгрёб горку лука с доски и шагнул к котлу. Я заметила, что тех, кто готовил, Марфа нарядила в красные фартуки и косынки, а тех, кто помогал – в белые.

Бесо сосредоточенно чистил картошку. Его хмурый взгляд на фоне всеобщего рабочего подъема мне не нравился. Я обогнула пару столов и присмотрелась к сиротам. Чего-то такого и боялась, да. Курт тёр рукавом распухший нос, у Манса под глазом наливался синяк.

- Бесо, - позвала я, - на пару слов.

Ушли мы недалеко. В подсобку завернули, и мой помощник задвинул занавеску, отгородив нас от кухни.

- Ты нашёл тех, кто воровал в деревне?

- Нет, - тяжело выдохнул он. – Курт и Манс сбегали по ночам из комнаты, но я не могу добиться правды, где они были. Молчат упорно. Остальные клянутся, что не причём. Я разберусь. Этого дерьма в нашем приюте не будет.

Бесо смотрел то под ноги, то мимо меня. Неприятно подозревать своих, я понимала, но ещё хуже – строить догадки, куда могли исчезать Курт с Мансом после того, как все ложились спать.

- Я говорила с гостями, - начала издалека, - им посоветовали идти той дорогой, где стоит «Медвежий угол», потому что большой тракт перекрыли. Караваны грабят."

"Злой огонёк вспыхнул в глазах старшего из приютских мальчишек. Он сжал губы в жёсткую линию и спросил:

- Это подстава? В грабежах обвинят нас?

Такая мысль приходила мне в голову. Староста - трус, но кто знает, как сильно он разозлился после выступления младшего Саливана? Он мог заплатить бандитам за показательный затор на дороге, а потом найти подставных свидетелей, которые укажут на нас. Один из главных принципов следствия гласил: «кому выгодно, тот и виноват». Почти идеально.

- Узнай, куда ходили Курт и Манс, - поручила я Бесо. – Но учти, на соседнюю дорогу ни ногой.