Сердце дракона. Том 18. Часть 2 (СИ)

В теории разницы между энергией Реки Мира и терной не существовало. Кроме одного маленького нюанса — терна бралась изнутри души самого смертного. Являлась квинтэссенцией его пути развития, его души, воли, сердца и так далее по списку.

Река Мира, с другой стороны — внешний источник энергии. Куда более доступный и простой.

Но что Терна, что Река Мира — это лишь энергия. А энергетическое тело адепта — сосуд. И сосуду, по большому счету, без разницы, чем именно его наполнят. Так что действительно, в теории, возможность заменить энергию Реки Мира на Терну существовала.

Вопрос в другом — зачем.

— Своя сила, молодой генерал, — внезапно произнес Гай. Хаджар же заметил, что храп Шенси на этом моменте затих. — Своя сила всегда… сильней, чем чужая.

Эти слова эхом резонировали в душе Хаджара с мудростью, оставленной ему Травесом. Мудростью, которую он не мог осознать уже на протяжении всей своей жизни. Каждый раз думая, что он докопался до сути сказанных драконом слов, он вдруг понимал, что за обнаруженным слоем смысла скрывается очередной — новый уровень знания.

— С этим я объявляю начало финала нашего турнира Осенних Сумерек!

Толпа ревела и кричала, приветствуя завершающий этап поединка за первое место между обоеруким копейщиком и горным орком. Они кружили вокруг друг друга — окровавленные и израненные. Их одежды и доспехи превратились в лохмотья.

С топоров орка падали крупные капли крови, а на правом копье наследника крупной семьи Чужих Земель осталась плоть левого плеча орка.

Изломанные, они тяжело дышали и смотрели друг другу в глаза. Без ненависти. С уважением. Но и стремлением победить.

Они бросились в резком выпаде почти одновременно. Окруженные мистериями, готовые нанести последний удар.

Копейщик вонзил перед собой левое копье и использовав его как трамплин, попытался прыгнуть через голову орка, чтобы вонзить второе копье тому в спину.

Обитатель гор взмахнул топором и, падая на колени, пропуская противника над головой, разрубил копье последнего. Он вскочил на ноги, чтобы на развороте срубить голову падающему противнику, но…

Использовав инерцию, полученную от разрубленного древка, копейщик раскрутился в воздухе юлой и с силой вонзил второе копье прямо в живот орку.

Тот зарычал, обхватил древко рукой, выронившей топор, и, роняя кровавые слюни, протянул вражеское копье сквозь собственную плоть. Ошарашенный копейщик не успел разжать хватки и оказался нос к носу с разъяренным орком. Тот замахнулся огромным топором, но… так и не смог его опустить.

Орк умер прямо так — стоя прямо и гордо. Пронзенный насквозь копьем, но не сдавшийся.

Одновременно с тем, как второй топор выпал из лап горного жителя, зрители, последние пять минут сидевшие в тишине, взорвались громом аплодисментов и оваций.