Сердце дракона. Том 18. Часть 2 (СИ)

Так что Хаджар стоял и смотрел на то, как нелюбимого сына Лецкетов; возможно — одного из величайших магов этого поколения, обнимала, словно жена, еще недавно — отвергнутая дочь Звездного Дождя; возможно — одна из величайших воительниц этого поколения.

В духе проржавевшего Безымянного Мира.

Аглен засмеялся. Заливисто. Истерично. Как смеется лишь сошедший с ума зверь. Несмотря на слабость души и чести, Аглен оставался могучим адептом со светом терны внутри души.

Его оружие — еще быстрее.

Хаджар стоял слишком далеко, чтобы успеть.

Но успел Артеус. Не сводя разрывая зрительного контакта с Летей, он неспособный и пальцем пошевелить, каким-то образом сумел развернуть их так, чтобы острие клинка Аглена пронзило его, а не Падающую Звезду. Со стороны это было похоже на медленное па в танце. Одновременно красивое и столь же смертоносное.

Безымянный Мир не изменял себе. На добро он отвечал единственно возможно — печалью, болью и…

— Нет! — выкрикнула Лэтэя.

Её терна вспыхнула светом упавшей звезды и, продолжая па танца жизни и смерти, она развернула Артеуса и выстрелила копьем.

Звездный свет, разбив технику Аглена, пронзил грудь главы рода и пригвоздил его земле. Лежа на краснеющей от крови траве, Аглен смотрел в небо, а где-то в его ушах звучал донесшийся из древности голос.

Этот шепот услышал и Хаджар. Может потому, что после урока Черного Генерала стал чуть лучше понимать этот мир, а может потому, что и у него внутри звучал такой же шепот.

Предсказания… когда уже казалось бы, что ты понял их суть, они всегда развернутся совершенно другой стороной.

Хаджар сидел около входа в палатку, где в данный момент Лэтэя врачевала раны Артеуса. Помимо открывшихся физических, волшебник приобрел несколько дополнительных на энергетическом теле. Рассеченные каналы и перегоревшие меридианы.

В менее развитых регионах этого было бы достаточно, чтобы наречь Аретуса инвалидом, более не способным ни к магии, ни к боевым искусствам. Благо в Чужих Землях давно уже научились справляться с такими повреждениями.

Да и по словам Лэтэя тот узор, оставшийся после шипа на лице волшебника, как-то укреплял структуру энергетического тела Артеуса. Так что вопрос выздоровления — лишь вопрос времени. Ну и сам парнишка не должен особо злоупотреблять своей силой.

По какой же причине Хаджар сейчас стерег палатку, в то время как воины Лецкетов во главе с Аль’Машухсаном разбили лагерь и правили тризну по Аглену?

Хаджар не особо им доверял. Может это только паранойя, но если чему его и научил Безымянный Мир, так это тому, что здесь у каждого второго в рукаве припрятан кинжал.

Так что, пока Лэтэя лечила Артеуса пахучими мазями и алхимией, Хаджар оберегал их покой.