Моров. Том 1 и Том 2 (СИ)

— Я полагаю, что каким-то образом, попав на алтарь кровавого культа, Моров не только обрел магическое зрение, позволяющее ему видеть чужие чары, но и получил знания, скажем так, гораздо более широкого профиля, — пояснил Скворцов. — И нам нужно всерьез отнестись к тому, что Иван Владимирович действует только в своих интересах. Да, он не отказывается от своего дворянства и вытекающих из этого обязанностей. Однако сотрудничать с нами он не желает и не станет, это уже очевидно. Все его контакты с представителями нашего ведомства свелись либо к конфликту, либо к вооруженному нейтралитету. Что, опять же, довольно странно, учитывая, из какого он рода.

— Мальчик просто испугался, — вставил слово лысый старик, сидящий напротив Скворцова. — Вся его семья погибла, работая на Службу Имперской Безопасности. А дед долгие годы висел на шее парня инвалидом, за которым был нужен постоянный уход. Разумно, что Иван не хочет повторить судьбу своих предшественников.

Великий князь взглянул на старика и кивнул, вновь обращая внимание на Скворцова.

— Что конкретно вы предлагаете, Алексей Александрович?

— Я предлагаю оставить Ивана Владимировича в покое, — ответил тот. — Он не надежен, себе на уме. И как показал инцидент в клинике, не остановится ни перед чем, если считает себя вправе вершить правосудие по своему усмотрению. Иван Владимирович опасен для общества, и я бы рекомендовал удалить его куда-нибудь подальше от людей.

В комнате повисло молчание. Великий князь жестом показал, что Скворцов может садиться. Сам Александр Александрович недовольно поджимал губы, размышляя над словами своего сторонника.

В свое время правящий род предполагал, что возникнет похожая ситуация. Но Моровы и Легостаевы до сих пор подчинялись своему долгу. Однако никто не исключал варианта, когда один из них или даже обе фамилии решат воспользоваться знаниями на благо себе, а не Отечеству.

Имелся соответствующий план по уничтожению столь опасных людей. Но великий князь не был глупцом, чтобы хоронить одним ударом, по сути, единственного специалиста по кровавому культу. Слишком многое поставлено на карту.

— Чем порадуете еще? — наконец, спросил Александр Александрович.

Поднялся тот самый старик. Глядя на великого князя, приближенный произнес:

— Расследование по Легостаевым не выявило предательства с их стороны, — сообщил он. — На них по-прежнему можно опираться.

— Значит, буду рекомендовать императору не выпроваживать их в отставку. Благодарю, Михаил Тимурович, — кивнул великий князь. — Что там по кровавому культу? Есть подвижки?

— Пока что единственный наш специалист по этому делу находится в изоляторе для благородных. И к нему не пускают никого без особого распоряжения государя, — ответил, поднявшись, третий докладчик.