Под парусами. Свободные (СИ)

Взгляд сам собой остановился на лице спутника. Чувственные изогнутые губы плотно сжаты. Подбородок гладко выбрит, и это вечером, явно для нее! Белоснежная рубашка, дорогой костюм и, как парфюм, аура властности и железной воли. Виктор был красив. Даже с уставшими глазами и ранней сединой на висках. Непозволительно красив. Как идол.

Строганов выжидал. Сегодняшняя встреча слишком отличалась от предыдущих. Куда-то исчезли легкость и простота, канула в лету успокаивающая повседневность. Будто незнакомцы, а не жених и невеста.

- Выглядишь уставшей, - не дождавшись первого слова от спутницы, он бросил быстрый взгляд поверх бокала.

- Работа. Заказов собралось много. - Аля сделала глоток вина. От напряжения начала болеть голова.

- Понимаю, - ироничная улыбка коснулась губ. Глаза по-прежнему смотрели внимательно и обеспокоенно. - Видел фотографии в ""Большом спорте"". Поздравляю.

Девушка поблагодарила кивком. Сделала еще один глоток. В этот раз больше.

- Как продвигается твой таинственный проект?

- Таинственный? - Виктор усмехнулся. – Скоро презентация. И все тайное станет явным.

- О! Наконец я познакомлюсь со своей соперницей, - старая шутка прозвучала грустно.

- Солнце, у тебя нет соперниц. У тебя есть я, но моя хроническая занятость...

- Я все понимаю.

- Нет, - он тяжело вздохнул. - Это меня не оправдывает, но скоро у нас будет больше времени. Скоро все закончится.

Аля вздрогнула. В голову лезли непрошеные мысли и ассоциации. ""Скоро все закончится"" - мысленно повторила самой себе и не поняла, какое из трех слов напугало сильнее.

- Витя, - она отложила в сторону столовые приборы. Начать говорить было трудно, но молчать, казалось, уже невозможно. - Я больше так не могу. Нам нужно поговорить.

Он плотно сжал губы, сдерживаясь. Вот оно. То самое заряженное ружье, которое висело уже полтора месяца.

- Я не знаю, как так вышло. Не понимаю, хотя стараюсь понять. Все изменилось, - Аля до боли закусила губу. - Такое ощущение, что мы три года шли куда-то, вместе и сами по себе, а сейчас...

- Говори, милая.

- Я боюсь, Витя. Боюсь, что мы ошиблись.

- Аля...

- Нет, дослушай, пожалуйста, - молитвенно сложила руки, прерывая его. - Мне хорошо с тобой, я знаю, что ты меня любишь. И я тебя. Люблю. Но... А вдруг этого мало? Вдруг мы ошибаемся?

- Ошибаемся? Три года?

- Мы жили каждый своей жизнью. У тебя были яхты и работа, у меня – учеба и фотография. Катились по накатанной.

Напряженная тишина в ответ.

- Витя, может, не будем спешить?

Она смогла. Сердце колотилось как бешеное. Во рту пересохло, а теплые пальцы мгновенно стали холодными. Испугалась. Словно только что совершила самое настоящее преступление.

А Виктор все молчал. Смотрел на нее, не моргая. Думал о чем-то, и не пошевелился, даже, когда официант принес заказ.

Все сложилось, как он и предполагал.