Я – Стрела. Трилогия (СИ)

И Ледка затараторила, жарко придвинувшись, ломая брови на симпатичном личике, дохнув горьковатым дыханием изо рта.

— Стелла, ты просто не замечаешь, но к тебе действительно относятся по-другому. Они просто мужчины, я понимаю, но со стороны это кажется немного не справедливым, хотя ты ни капельки сама не виновата. Вот смотри, ты пришла предпоследней, а сколько тебе штрафных баллов выписали?

— Двадцать. Но я командир группы, которая привела к финишу полную команду, мне и бонусов отсыпали. Что за глупость, Ледка, мы что, между собой и баллами меряться будем?

Большие светлые глаза налились обидой. Соседка огладила майку, выгодно подчеркивающую ее достоинства, посмотрела на небо и тихо, отчетливо проговорила:

— А ты знаешь, что есть другие командиры, которые привели полную команду, хоть и маленькую, а их все равно после теста оштрафовали? Такой, как Сантана найдет причины, чтобы напакостить.

Она прерывисто вздохнула и выпалила:

— Он всю сегодняшнюю встречу ко мне клинья подбивал. На грудь пялился и вопросики задавал, с кем я встречаюсь, да что было на полигоне. Не тебе одной такие знаки внимания, но я была тверда как кремень, на все его штучки и шуточки не велась. И знаешь, что я получила? А пришла я двенадцатой, не как ты в хвосте приплелась, подруга. Я получила тридцать штрафных баллов.

Последние слова вылетали с капельками слюны, я невольно отстранилась, и она фыркнула:

— Правда глаза колет? Да ладно. Я на тебя зла не держу. Мы подруги, и надо вместе держаться, но парней я понимаю, обидно им такое сносить.

В чужую голову не залезешь и мысли по полочкам не расставишь, но иногда человек открывает рот и выливается такой бардак неразобранный, все в кучу, что диву даешься, как он вообще мыслить ухитряется и даже выводы делать.

— Ледка, какая правда? Какая справедливость? У Сантаны критерии, по которым он баллы начисляет! Он говорил об этом сразу в начале встречи. Или тебе забыл сказать?

— Говорил, а ты ему веришь?

— Да, он показывает себя отличным ритором, — сказала я, глядя на человека, которого совсем не знала. Бывает, общаешься, думаешь, какой ясный человечек, а потом, раз… Нет, скорее — хрясть, и открытие за открытием."

"— А я никому не верю, — открыто и солнечно улыбнулась Ледка, — все себе на уме, смотрят, как бы кусочек послаще ухватить. Одна я честная, ничего не скрываю. Нравится мне кое-кто, окручу его и во вспомогательные службы двинусь. Жениться мало кто согласен, но, если забеременею, куда денется от скандала.

И она подмигнула.

— Эй, — крикнула Моника. Девочки ушли сильно вперед и остановились у корпуса, поджидая. Четыре девичьих фигуры в синих плотных брюках и белых майках. — Вы чего там застыли?

— А кто нравится? — спросила я Ледку.