Истинная со скидкой для дракона (СИ)

В груди щемит, ладонь Аргалона скользит по моей щеке, заставляя меня замирать и задерживать дыхание.

— Не бойся, они не вернутся. Их больше нет здесь, — успокаивающе произносит он.

«Кто они?» — хочу спросить, но догадываюсь — речь о тех, кто разрушил мой дом и уничтожил семью.

Речь о культе.

Аргалон ловит мой взгляд и я всхлипываю:

— Ты узнал меня…

— Узнал. Твои глаза невозможно забыть, хоть ты уже и не маленькая испуганная девочка, — он хмурится, прикрывает веки, — и ты снова плачешь. Перестань плакать.

— Мне страшно, — неожиданно признаюсь ему и самой себе.

Бровь Аргалона удивленно приподнимается. Лицо расслаблено как никогда.

— Мне жаль, что я не смогу оградить тебя от страхов, — выдыхает он.

— Всё в порядке , — отвечаю по инерции. Своей ладошкой накрываю его и тоже прикрываю глаза.

Я больше не плачу, но невысохшие слезы на ресницах падают на щеки и катятся тонкими дорожками к губам, оставляя вкус соли.

— Я бы хотел, что бы у нас было больше времени.

— Оно будет, — крепче сжимаю его руку и она кажется невыносимо тяжелой и каменеющей. — Ректор?

Открыв глаза, всматриваюсь в безмятежные красивые черты.

Бесконечно долгие секунды сменяют друг друга. Сплетаю наши пальцы, прижимаю к лицу.

— Рагнар? — не узнаю свой голос. Он звучит как никогда блекло, — Рагнар, пожалуйста.

Трава рядом с ребрами и плечом дракона окрасилась в красный. Значит, мне не казалось…Черная одежда скрывала кровоточащие раны.

Обессилено всхлипнув, я падаю ему на грудь.

Хочу уловить удар сердца.

Хоть один.

Слезы сыпятся из глаз с новой силой. Я никогда в жизни столько не плакала. Задыхаюсь и сжимаю в кулаки ткань его рубашки.

Я знаю, что метка истинности на моем запястье полностью исчезла. Знаю… и мне не нужно смотреть и проверять.

Истинность, сковавшая нас, почувствовала смерть Аргалона раньше, чем мы увиделись в последний раз.

— Я ведь так и не вернула тебе долг за миллион моих спасений тобой, — касаюсь устами остывших губ, шепчу — так и не вернула…

С момента знакомства с Аргалоном мне казалось, что нас почти ничего не связывало.

Я была не права.

Наши жизни переплелись еще в далеком детстве.

Я снова вспоминаю тающие конфеты на своих руках и те несколько поцелуев, раскаленными угольками обжигающих мои губы, когда дракон меня целовал. Лучшие поцелуи и самые вкусные конфеты.

Я долго сижу рядом, подтянув колени к груди и обняв их руками.

Неотрывно смотрю на первые лучи восхода, что стеснительно касаются хвойных крон.

В душе кровоточит незримая рана сожалений. Мне толком некуда идти и где бы я не оказалась — там страдают люди.

Рэмс был прав, когда сказал, что мне некуда бежать. Меня найдут.

Теперь я остро ощутила, на что обрекаю тех, кто готов мне помочь.

Для меня правильнее всего исчезнуть.

Для всех.

Навсегда.

***

Месяц спустя.