Истинная со скидкой для дракона (СИ)

— Вам не стоит беспокоиться, — заверила его и осознала, что голос у меня дрогнул.

— Уверен, что не доставишь мне хлопот?

Обида все же кольнула. Вчера вечером мне признавался в своих странных чувствах, а сегодня холодным тоном демонстрирует свое недоверие.

— Уверен, — буркнула, насупившись. Так захотелось добавить, что пока проблемы он сам создает. Причем на пустом месте, но я вовремя прикусила кончик языка.

Аргалан заметил. Конечно, от него ничего не скроешь. Наблюдательный гад.

— Хочешь что-то сказать, Буч?

Меня как молнией ударило.

— Нет, с чего вы взяли?

— По тебе вижу. Говори.

— Хм…знаете, — я замялась, но слова буквально рвались наружу, — вы странно себя ведете.

— Неужели? — уголок губ Аргалона едва заметно приподнялся.

— Да. Вы сначала проявляете агрессию…

— Агрессию?

— Все верно, — кивнула. Мы говорили не громко, но нас могли услышать, я об этом не сильно переживала. Меня прорвало, — вы ревнуете меня к вашей невесте, потом унижаете. Во всяком случае, я это так воспринимаю. Затем говорите мне странные вещи, которые звучат как…, — воздух в легких быстро закончился и я сделала глубокий вдох, — намекаете о своей заботе обо мне. Озвучиваете свои переживания. А теперь, теперь вы снова холодны и отстранены.

Я умолкла, бровь Аргалона поднялась выше.

— По твоему, если я забочусь о тебе, как о своем адепте, то я должен разрешить тебе наплевать на дисциплину?

У меня челюсть отвисла. В ушах эхом задребезжало «забочусь, как о своем адепте». Но вчера его слова звучали совсем иначе. Может он и вправду перебрал лишнего?

— Буч?

— Нет, я не это имел в виду. Просто вы…

— Что просто? — Аргалон словно невзначай погладил широкий лоб коня. Медленно провел рукой к гриве и растрепал жесткие волосы, в этот момент он отвлекся, а животное благодарно встрепенулось.

— Ваши слова я воспринял иначе, — выдохнула. — Простите, видно я вас не так понял.

— Мои слова, Буч, не отменяют ответственности перед общим делом. Соберись.

Он отвернулся, ласково проведя ладонью по шее моего транспорта.

Чертов сухарь. Непонятно, что у него на уме.

— Предатель, — фыркнула я животному.

Надо отдать должное, с лошадьми Аргалон ладил прекрасно. Моя коняшка с грустью в больших глазах проводила ректора, наверное в своей лошадиной душе мечтая меня променять на него.

— Я тоже могу тебя погладить, слышишь?

Конь недовольно мотнул головой, скидывая мою руку.

— Ну и как хочешь!

Больше не стала сюсюкаться, залезла в седло, мысленно поблагодарив богов, что это пегое создание меня с себя не скинуло.

Путь до пустоши занял весь солнечный день, с перерывом на обед и одну тренировку. Наблюдая за опускающимся за кроны деревьев солнцем, я нервно ерзала в седле. Зелье действовало, но его время истекало. В голове рождались самые нелепые планы.