Найди меня Шерхан (СИ)

А я как раз понимаю… Дальше он говорит прерывисто, его рука сжимает одеяло и касается моей обнаженной кожи, отчего кажется, будто там ожог.

— Его готовят к отправке в Германию, я выбрал другую клинику, у них лучше условия, после операции Януш пройдет дополнительный курс реабилитации, и потом мы попробуем снять его с инсулина. Я сделаю все, чтобы твой брат поправился, Агата, а ты сделай все, чтобы мой сын родился.

На глаза наворачиваются слезы, но Арсен наклоняется ко мне, и я быстро их смаргиваю. Он молчит, а потом добавляет:

— Наш. Наш с тобой сын. А я тебе помогу. Давай, повернись ко мне и покажи пальчиком, чего тебе хочется. Ксавьер постарался с утра для вас обоих.

Это звучит так трогательно, что я чуть ли не реву. Понимаю, что он говорит обычные сентиментальные глупости, во всем виноваты гормоны, но удержаться очень сложно. А еще, это очень приятно слышать от отца моего ребенка, даже если он так говорит только ради малыша.

Осторожно поворачиваюсь в кровати, не поднимая головы. Поднос стоит рядом на столике, никаких раздражающих запахов нет, наоборот. Тосты вкусно пахнут поджаренным хлебом. Вижу ломтики лимона, присыпанные сахаром, и рот наполняется слюной.

Арсен перечисляет, и я киваю, когда доходит очередь до лимона. Арсен берет дольку и аккуратно подносит мне ко рту. Захватываю ее губами, и мне так вкусно, что подбираю весь сахар с его пальцев, пока до меня не доходит, что я их просто облизываю.

Становится очень неловко, я смотрю на Арсена, а он будто замер. Делаю вид, что старательно пережевываю лимон, у самой горят щеки. И еще очень хочется добавки, так и съела бы все, что на блюдце.

— Хочешь еще, Агата? — спрашивает Арсен своим низким хрипловатым голосом, похожим на бархат, которым если провести по телу, покрываешься мурашками.

Он точно так же меня спрашивал, когда… Я о чем вообще? Хочется головой тряхнуть, щеки пылают, мне безумно стыдно! Я взрослая беременная женщина, будущая мама и должна думать о своем ребенке, а не о его отце. Не о мужчине, который одним голосом вызывает желание нежиться и выгибаться кошкой под его взглядом…

Киваю, и Арсен скармливает мне весь лимон. Теперь я ем аккуратнее, но он нарочно сильнее макает дольки в сахар, и левый кончик его губ ползет вверх каждый раз, как я касаюсь его пальцев губами.

Меня уже не мутит, Арсен предлагает поджаренный тост. Я показываю, что возьму сама, но он, наверное, не понимает, отламывает кусочек, и мне снова приходится есть из его рук. Посыпает солью по моей просьбе, и теперь мне дико хочется слизать с его пальцев соль.

Снова вижу загнутый вверх уголок губ и демонстративно усаживаюсь в кровати. Арсен тут же подкладывает мне за спину подушку, и я перестаю дышать, когда прямо передо мной оказывается его крепкая шея, а сама я замкнута в коконе его рук.