Шелест 2 (СИ)

Нет, по имени отчеству или там когда называли матушкой, барыней, тут всё нормально. Но когда доходило до титулования, их всякий раз подмывало ввернуть светлость, вместо сиятельство. И ведь всё на поверхности, что сейчас я вижу воочию, но никакая супер память не помогла мне это приметить раньше. Я ведь в эту сторону и не думал.

Утолив жажду очередным стаканом клюквенного морса, я направился в сторону княжны Голицыной. Моё приближение не осталось незамеченным и небезызвестный мне майор Изотов чуть сместился выходя вперёд и как бы прикрывая Елену Митрофановну. Со стороны ничего не понять, так как этот манёвр можно рассмотреть только с моего ракурса. Да и то, если знать о подоплёке происходящего."

"Вообще-то, по факту, ну или по правилам здешнего этикета, мы с княжной не знакомы. Она ведь представилась как боярыня Тульева, здесь же предстала в ином статусе. Поэтому мы вполне могли игнорировать друг друга без какого-либо ущерба для репутации. И именно этим вызвано поведение майора, пытающегося пресечь возможную неловкость.

Ну мало ли, что взбредёт мальчишке, вдруг увидевшему свою бывшую любовницу. Юнцы они такие максималисты, что с него станется броситься ей в ноги рассыпаясь в комплементах, пожирая взглядом объект своей чисто и незамутнённой любви.

— Добрый день, Аркадий Давыдович, — остановившись перед майором я сделал учтивый поклон.

— Добрый день, Пётр Анисимович. Ваша светлость, позвольте представить вам моего знакомого, Ярцева Петра Анисимовича, помещика Воронежского княжества. Княжна Голицына, Елена Митрофановна, полковник Измайловского, его императорского величества гвардии полка, — был тот вынужден отрекомендовать меня.

При этом в его взгляде я увидел облегчение смешанное с одобрением. Знай наших! Мы поди тоже не лаптём щи хлебаем. А вот в глазах княжны тут же заплясали озорные бесята, а на устах появилась, пусть и едва заметная, но многообещающая улыбка. Старуха? Х-ха! Оставьте свои колкости для кого другого, Мария Ивановна! Эта старуха даст сто очков вперёд любой девчонке. Просто нужно немного потерпеть. А пока, ведь можно и пригласить её на танец. Ведь в этом нет ничего предосудительного. Во всяком случае для неё. А уж что подумают о молодом проныре, мне как-то без разницы…

Глава 16

Дольше положенного задерживаться подле княжны Голицыной я не стал. Застолбил за собой кадриль и подался восвояси. Танец с одной стороны весёлый и живой, с другой есть время постоять с партнёршей и перекинуться парой тройкой слов. Вообще-то я не думал ограничиваться одним танцем, дабы угодить даме, но Елена Митрофановна взглядом дала мне понять, что хорошего понемногу.