Танцующая с грозой (СИ)

В самом дальнем углу, спутавшись хвостами, был целый клубок змеиных тел. Белые петли смешивались с серыми. Учуяв или услышав нас, змеи зашевелились. Вперёд вылезла Мия и подала платье в этот клубок. Недолгое шевеление, сопровождаемое шипением и тихими разговорами, и к нам выходит Каяна. Смущённая, с покрасневшими щеками, не знающая, куда деть глаза и руки, с поломанными ногтями.

— Каяна… — Осторожно начали мы.

— Это… Это было ужасно. Не дайте боги ещё раз это испытать, — тихо прошептала девушка.

— Что? — Каяна начала всхлипывать.

Наги в мгновение ее окружили, начали что-то ей говорить, убеждать. Саргус пытался взять ее на руки, но девушка не далась. А мы стояли, окаменев. На нагах просто места живого не было. Все в царапинах, укусах и кровоподтёках, местами содранная чешуя. Чешуя! Которая в бою вместо доспеха! У жреца следы когтей на лице. Бровь рассечена, рубец старого шрама на лице снова покрыт кровью. У Саара на шее прокус до крови, у Радмала вся грудь и живот в глубоких царапинах. И сейчас наги пытались успокоить Каяну, а та все твердила, что это ужасно и что им нужно помочь. Принимать помощь, пока Каяна в таком состоянии, они отказывались наотрез. Поэтому Элина предложила пойти в комнату, с нормальной кроватью, где она сможет дать Каяне успокоительные и обработать раны нагов.

Уже не дав девушке возможности увернуться, Саргус схватил её на руки и пополз с драгоценной ношей в отведенные им комнаты. Что удивительно, наги не смотря на свое состояние, счастливо улыбались и переживали только за Каяну. От Саргуса только и доносилось "змейка, девочка, дыхание моё". Змей не спускал жену с рук, даже когда Элина поила ее своим отваром, чтобы та хоть чуть-чуть успокоилась. И только потом очередь дошла до нагов.

— Что вы вообще там делали? Показательные бои устраивали? — Спросила я.

Мы все в удивлении обернулись к Каяне. Но спросить ничего не успели. В комнату влетел Рис и замер на пороге, рассматривая Саргуса. Точнее кусок оголенной кожи чуть ниже живота, там, где у человека должно было быть бедро. Чешуя оттуда была просто сорвана. Хорошо, что у Элины была та мазь, которую она готовила ещё для Зубейра. У Риса вопросов, откуда это, не возникло, зато другой он задал сразу Каяне.

— Мам, это ты чем так? — Удивился змееныш, тыкая пальцем на рану.

— Зубами — и после этого словно прорвало плотину. — Это просто страшно! Ощущаешь себя зверем, забываешь, что вокруг живые, злоба захлёстывает. И ты просто… Ты не человек! Ты даже не животное! Я не знаю как назвать это существо. И ты все помнишь. Что говорила, что творила, и никак не можешь остановиться. Контролировать? Удержаться? Нет, не получится. И я… Потом

— Тишшшше, ну, тише! — Каяну обнял белый жрец.