Танцующая с грозой (СИ)

 — Я тогда ещё сказал, что и сам мог раньше что-то подобное?

— Помню, конечно. Незабываемое по красоте было зрелище — также улыбаясь, ответила я, действительно вспомнив беззаботное веселье и восторги маленьких нагов.

Сид легко взмахнул рукой, сделав еле уловимый пас, и с его пальцев сорвались несколько светлячков. Чуть поднявшись в темное небо, они превратились в крупных, ярко-голубых бабочек, выписывающих невообразимые петли и кульбиты, рассыпая мириады искрящихся звёздочек вокруг себя. Лёгкое движение пальцев нага, и бабочки сталкиваются, перекручиваются и становятся ярко-зелеными.

Я уже не могу сдержать эмоций, мне кажется это настолько сказочным и прекрасным, что я, не задумываясь, бегу к ним. И сама, как тот ребёнок, пытаюсь поймать сверкающих красавиц. Сильные руки подхватывают и легко поднимают вверх, подкидывают, так что я едва касаюсь завораживающих крыльев, и я приземлюсь в надёжные кольца хвоста. Смеющийся змей подтягивает меня к себе и спрашивает:

Я не могу ответить, только быстро киваю несколько раз подряд. Я взлетаю ещё выше, бабочки вьются вокруг моих рук, но не даются, а только манят, снова меняя цвет, теперь уже на сиреневый. А я с визгом и смехом несусь вниз, все, падая и падая.

Сид ловит меня в свои кольца уже у самой земли. Я без сил выпутываюсь из его хвоста и остаюсь лежать на земле, с улыбкой наблюдая, как уже бирюзовые волшебные создания вьются в замысловатом танце на фоне темно-синего неба.

Бабочки начинают одна за другой рассыпаться искрами, осыпающимися прямо над нами сверкающим дождем. А последняя летит прямо в мои протянутые руки, доверчиво опускается прямо в подставленные ладони, даёт хоть на несколько мгновений прикоснуться к чуду, и превращается в копию цветка, все ещё вплетенного в мои волосы. И только потом истаивает туманом прямо в моих руках.

— Спасибо! Это… Это было очень красиво. — Искренне поблагодарила я нага.

— Тебя так легко порадовать и вызвать улыбку. — По-прежнему улыбался наг.

— Но ведь действительно волшебно…

— Сказала наследница самого известного магического рода! — Усмехнулся Сид, и резко скрутив мои ноги хвостом, применил ко мне самый подлый из всех возможных приемов.

Меня начали жестоко и беспощадно щекотать. Я извивалась и пыталась оттолкнуть его, перехватить его руки и безудержно смеялась. И замерла, когда оказалась лежащей под нагом, с удерживаемыми над головой руками и почти соприкасаясь с ним носами.

Обычно узкий вертикальный зрачок, сейчас расширился, закрывая собой всю радужку, крылья его носа хищно трепетали, словно почуяв поблизости добычу. Его дыхание касалось моих губ, и сердце, почему-то вдруг сорвалось на бег и застучало так, что мне казалось, что его было слышно даже у костра.