Ружемант 5 (СИ)

— А на этих документы тоже в порядке? — спросил не без насмешки. — Кэл, поищи включатель.

Свет вспыхнул, ударил по глазам, заставил прищуриться. Несчастные зверолюды никак не отреагировали.

Как и говорил главарь «Чунга-чанги», в основном парни, была лишь парочка девиц.

Я отшатнулся, поняв, кого они мне напоминают. Безмерно послушных, безвольных шавов. Бедолаги уже ни на что не реагировали. А может, им нужно было волшебное старт-слово?

Не знал и знать не хотел.

— Эт-то не мои. — Старуха принялась заикаться не хуже Айки. Ее колотила мелкая дрожь от берущей за душу жути. — Чем хотите поклянусь, не мои!

— Чьи же? Сами сюда пришли на постой, попросились в клетки? — Голос Кэлиссы был ласков и мягок как никогда.

— Мне хорошо платили за их содержание, вот и все. Вот и все… — Ей больше нечего было нам сказать. Скорее всего это, правда.

— Содержание? — переспросил я. — Значит, за ними кто-то приходил? Чтобы держать их тут?

— Больше не приходили. Уже три-четыре дня…

Ровно столько прошло с момента, как мы сожгли тайный цех Вербицкого.

Григорий не ошибся в своих поисках, жаль, что решил вести их в одиночку. Сказал бы мне или Бейке — был бы сейчас жив…

Я почуял горький привкус во рту. След двухсотого протокола испарился вместе с теми, кто привозил этих бедолаг и увозил на работы…

Бейка прискакала, словно заяц. Ее так и тянуло являться уже тогда, когда вся остальная работа сделана.

Милиция паковала и старуху-мамку, и полуголых девиц. Коронер помогал санитарам загрузить в машину тела неудачливых охранников. Словно грибы после дождя, показались городские жители — кто-то спешил на работу, кто-то разбавлял безделье любопытством. Послушать их, так они ничего не видели, ничего не слышали: какой бордель? Здесь приличный район! Возмущению их не было предела.

Бейка положила руку на плечо.

— Ты молодец, Потапов.

— Мы так ничего и не нашли. Про двухсотый протокол.

— Может, и нечего теперь искать?

— То есть? — не понял я. Бейка пожала плечами: у нее было для меня самое простое объяснение.

— Полагаю, двухсотый протокол предназначался для подготовки. Когда Царенат будет стоять разве что не за окном. Подготовка для него плацдарма, удар в спину.

— А что мешает вывести эту технику на улицы прямо сейчас?

— Ту, которую ты сжег?

— Ту, которую нам попросту не удалось найти.

— Чего этим добьется Вербицкий? Император сбежит из столицы, это верно. Но сколько там было машин? Сотня?

Я не считал, но если брать во внимание нерасколдованные, уменьшенные копии, то около двух сотен…

— Этого хватит на два-три дня сопротивления. Армия вряд ли присягнет Вербицкому на верность, да еще при живом Императоре. По крайней мере, в наших спецслужбах не зря едят свой хлеб.