Ромашка (СИ)

Миай же, все больше возбуждаясь, смотрел как Нилу целует другой мужчина и его бесконечно удивляло, что он не испытывает ревности, словно то, что они стали мужьями одной женщины, отрезало напрочь ревность внутри семьи.

Нила чувствовала, как два налитых и уже готовых к свершениям мужских органа упираются в нее. Все еще целуясь с Вар’ри, она протянула руку и самыми кончиками пальцев пробежалась по паху Миая поверх ткани штанов. Оборотень нетерпеливо подался вперед и застонал.

— Кажется, долгий разговор откладывается, — тяжело дыша, сообщил присутствующим Констант и первым открыл дверь в спальню Нилы, приглашая всех пройти туда, где, однозначно, не только было бы комфортней, но и никто не смог бы их застать.

Зайдя в свою комнату, Нила остановилась перед кроватью и растерянно оглянулась. Она вообще не представляла, как можно заниматься любовью с одним мужчиной в присутствии другого… А то и двух мужчин сразу, но в одном теле.

Даже голова кругом от странности состоявшейся семьи.

Она не понимала, как решать вопрос с двуликостью оборотня. Например, надо ей обратиться к Сезарио, она подходит и говорит Константу «а передай» или «а позови»… Бред какой.

Оборотень словно угадал о чем думает Нила, подошел и крепко обнял ее, вглядываясь в глаза.

— Если ты не уверена, давай и правда просто поговорим. — Он помолчал. — Я догадываюсь, что тебя смущают еще и мои сущности.

Нила нервно хихикнула.

— Удивительно, что ты не сошел с ума, это же, как два голоса в одной голове, что дают рукам разные по своей сути задачи.

— Иногда мне казалось, что так оно и есть. Но, повзрослев, мы с Сезарио решили, что когда в теле один, второму нечего выставлять себя напоказ. Поступать так — это значит глупо подставлять под удар и семью, и себя, и свою работу.

— А для тебя семья на первом месте? — Поинтересовалась Нила, склонив голову.

— Да. Родители сделали все, чтобы я жил. Дали мне воспитание, свою огромную любовь. Но это приходится тщательно скрывать. Слишком много недовольных моим вмешательством в дела страны и явным благоволением ко мне Гарута Третьего.

— Он знает?

— Знает. Все остальные же знают, что Сезарио Варми — правая рука Третьего советника.

— Это ж сколько всего надо держать в голове, чтобы контролировать что, где, кому и как можно говорить и как себя вести… — Задумчиво проговорил Миай, с уважением глядя на Константа.

Вар’ри хмыкнул и потянул Нилу к кровати, укладывая ее посередине, и сам приваливаясь скраю.

— С поведением как раз проблем и нет, как и с памятью. Я не знаю как это работает, сам понимаешь, никто никогда не изучал процессы происходящие в телах таких, как я. Но у нас у каждого своя память, свое поведение, свой характер.