Ромашка (СИ)

 — Ты им слишком пропах. Или он тобой. Даже кровать, в которой ты не спал, пахнет тобой.

Вар’ри усмехнулся:

— Глупо прокололся.

Нила же, напротив, нахмурилась:

— Тебя уже давно могли вычислить. О чем ты только думал? — И глаза ее расширились, едва она вспомнила в каком состоянии принесли «некроманта» в лечебницу. — И как ты вообще посмел подвергать себя опасности на границе? Ты же советник, а не капитан военной стражи!

Девушка, сидя на явно раздавшемся в габаритах теле, от чего черные путы сильнее врезались в него, выговаривала человеку, которого она еще не так давно боялась, как огня. Выговаривала, как женщина, которой совершенно не безразличен лежащий под ней мужчина.

И в глазах советника, слушающий все эти претензии светилось все то же обожание и так же нежность, что и в глазах Варми.

Нила осеклась и продолжила более спокойно:

— Смотрю на тебя и вижу его, смотрю на него и вижу тебя… Это не иллюзия, что вы вообще такое?

— Проклятые… — С ужасом выдохнул за их спинами Миай.

— Проклятые? Это как? — Нила с недоумением на лице и в голосе повернулась к оборотню.

— Это когда вместо человека и зверя оборотень состоит из двух человеческих личин. — Миай рассматривал оборотня то ли, как чудо-чудесное, то ли, как нечто невыразимо притягательное и, одновременно, поразительно отвратительное.

— Но почему об этом никто не знает и никогда никто не слышал? — Нахмурила темные выразительные брови девушка.

— Потому что это одна их постыдных тайн оборотней, что не выходит из семей… — Тихо произнес Миай и сел рядом с Нилой и «некромантом», совершенно невежливо подвинув последнего.

Когда разговор идет и тайнах такого уровня, становится не до манер и условностей. И Миайю сейчас было глубоко плевать на то, что рядом с ним, спутанный некромантским проклятием, лежит известный на всю Солейю Третий советник. А на нем сидит ему, Миаю, нужная девушка и пожирает последнего таким взглядом, словно готова тут же слиться с ним в пароксизме страсти. В этот момент Нила посмотрела на Миая и он понял, что не только с Третим советником…

— И как ты выжил? — Миай с трудом оторвался от завораживающего взгляда девушки.

— Родители слишком долго ждали ребенка. И когда выяснилось, что я не такой, как все в роду, вместо того, чтобы перерезать мне горло на алтаре, они стали учить скрывать вторую сущность и пытаться сосуществовать с ней в одном теле.

— На алтаре? — Нила задохнулась от ужаса. Искры в ее волосах хаотично забегали, делая их серебристо-фиолетовыми.

— Всех детей, кто проклят, приносят в жертву на алтаре с изображением ягоды волчьего плюща… — Безжизненным голосом продолжил Миай.