Реванш (СИ)

— Все, Джефферсон готов! А-а, мразь такая… Парни! Виктор, сваливаем!

— А с этим что делать? — Чан направил криопушку мне в голову. Забрало шлема открыто. Если мне прилетит, не знаю даже…

— Да завали ты его уже… — Тангер снова открыл огонь. Откуда-то из-под обломков «Тирана» вылезла «Гончая».

И Виктор выстрелил.

Я очень хорошо увидел, как мне в лицо летит голубовато-белый сгусток сверх охлажденного газа. Лишь чудом успел выставить ментальный щит. Сгусток разбился о невидимую преграду, окутав меня плотным белым облаком. Я почувствовал легкий холод.

Чан отчего-то не стал разбираться, готов ли я. Просто выстрелил еще дважды. Но Тангера это не устроило!

— Пристрели этого дезертира! — заорал полковник, выцеливая шуструю «Гончую». Та уже успела поразить одного из десантников и сейчас тот, раненый, пытался подняться на ноги.

Оставалось еще двое десантников, сам полковник и Виктор.

Тангер шагнул ко мне, одновременно доставая «ST» гранату. Что он задумал и дураку было ясно.

Но тут произошло еще кое-что. Откуда-то слева прилетела короткая очередь. «Палладин» полковника выдержал, а сам Тангер, среагировав на угрозу, мгновенно про меня забыл.

— Что за дерьмо? — взревел он, ища противника.

Снова очередь. Только теперь справа. И снова непонятно откуда и кто за этим стоял.

Смутная догадка постигла меня, когда за спиной Тангера промелькнул практически невидимый, смазанный силуэт. Он всего на секунду задержался надо мной. А когда вновь сорвался с места, я почувствовал, что активировалась внешняя гидравлическая блокировка.

На меня дохнуло холодом — остатки облака азота все еще окутывали «Тахион», правда уже куда слабее. Пока я выбирался наружу, меня заметил Чан.

— Куда, стоять! Тварь, уничтожу! — заорал он, одновременно снимая со спины плазменный клинок, которого я ранее не заметил. Оружие хорошее, да и японец им владеет мастерски, но против ментального щита совершенно неэффективное. Да против щита разве что фазер эффективен.

Щит я даже не снимал.

Просто прыгнул к Виктору, одновременно занося руку для физического удара, усиленным пси-способностью.

Хря-я-ясь! Тяжелая броня инженерного скафа прогнулась. Старика швырнуло на пол. Лопнуло бронестекло. Изо рта японца брызнула кровь. Кажется, мой удар сломал ему ребра, повредил внутренние органы. Старик еще не осознал, что произошло, но продолжал сопротивляться. Клинок небрежно и вяло мелькнул у меня перед глазами, скользнув по щиту.

Я нанес второй удар, чуть слабее.

Душераздирающий лязг. Наполовину оторвав шлем от тела бронескафа, я тем самым прикончил Виктора — из гнутого шлема во все стороны хлестала кровь.

А затем, почти сразу, на меня налетел кто-то из десантников.

От неожиданности сбило с ног. Я умудрился пнуть его пси-ударом, но получилось слабо.