Развод в 50. Муж полюбил другую (СИ)

В ее глазах отражается блеск бриллиантов, смешиваясь с влагой непролитых слез. — Жаль только, что он не здесь.

* * *На мгновение между нами повисает тяжелая тишина. Слышно только тиканье старинных часов, доставшихся мне от бабушки, и отдаленный шум проезжающих по улице машин.

— Он любит тебя, Лейла, — говорю наконец, чувствуя, как слова царапают горло. — Просто иногда жизнь складывается так, что приходится делать трудный выбор.

Лейла смотрит на меня долгим взглядом, в котором читается понимание не по годам.

— Знаю, мам. И тебя он тоже любил. Просто… — она не заканчивает фразу, но и не нужно. Мы обе знаем, что хотела сказать она. Просто не так долго, как мы думали.

В эту ночь я долго не могу уснуть. Переворачиваюсь с боку на бок, простыни скомкались и стали неприятно горячими. Подушка, как назло, кажется то слишком высокой, то слишком плоской. В открытое окно доносится шелест листьев и отдаленный лай собаки. Пытаюсь не думать о том, что Рамазан сейчас сидит у постели Зумрут, держит ее за руку, заботится о ней и их будущем ребенке. Воображение рисует картину: его знакомые руки с сильными пальцами гладят ее живот, в то время как она смотрит на него с благодарностью и любовью. Ту самую картину, которую я видела много раз, когда сама была беременна.

Будет ли он лучшим отцом этому ребенку, чем был нашим детям? Научился ли он ценить семью, или снова погрузится в работу, едва ребенок родится?

Эти мысли преследуют меня до самого рассвета, когда сквозь шторы начинает пробиваться первый слабый свет. Наконец забываюсь тревожным сном, в котором Рамазан вернулся, но не узнает меня, проходит мимо, держа за руку Зумрут.

Утром просыпаюсь с тяжелой головой и песком в глазах. Солнце уже высоко, его лучи проникают сквозь льняные занавески, расчерчивая пол спальни золотистыми полосами. Из кухни доносятся голоса и звон посуды — семья уже собралась за завтраком.

Умываюсь холодной водой, пытаясь смыть следы бессонной ночи. В зеркале отражается женщина с усталыми глазами и новой намечающейся морщинкой, пересекающей лоб. Когда я успела так постареть? Провожу пальцами по лицу, чувствуя каждую линию, каждую отметину прожитых лет.

Завтракаем всей семьей — Лейла, Фарид, мама и я. Солнце заливает просторную кухню с белыми шкафчиками и мраморными столешницами. Запах свежезаваренного кофе смешивается с ароматом тостов и фруктов. Фарид, как всегда, уткнулся в телефон, проверяя новости, Лейла накладывает себе йогурт с гранолой, а мама, в своем неизменном цветастом халате, хлопочет у плиты, жаря яичницу.

Обычное утро в нашей необычной семье.

Через неделю младшие уезжают в Лондон, начинается новая глава их жизни. И моей тоже. Одиночество подкрадывается незаметно, сжимает горло холодными пальцами.