Развод. Ты предал нашу семью (СИ)

Сука, и быстрый такой был. Я даже не сразу понял, что происходит.

— Ты, поди, ушел в самолюбование, какой ты опасный, — Юра смеется.

— Да, было дело, — Глеб запрокидывает голову и растекается по дивану. — Он тощий и какой-то угловатый, и я был уверен, что я тут альфа-студент.

— Не хочешь отыграться?

Глеб смотрит на Юру, и тот потирает руки:

— Реванш?

— Никаких дел с ним не буду иметь. От него не знаешь, чего ждать. Даже ты более предсказуемый, Юр, а этот… Нет, спасибо. Жаль, что развелся, потому что…"

"— Точно крышу сорвет? — Юра аж задерживает дыхание.

— Да.

— Я знаю ребят, которые у него работают, — Ярик зевает. — Там у них своя атмосфера. Никаких разговоров не по делу.

— Ах ты, — Юра разворачивается к нему. — Так Воронин у тебя тоже был в кандидатах, у кого поработать? Вот же черт!

— Он бы меня не взял, — Ярик вздыхает. — Я люблю разговоры.

Глеб переводит на него возмущенный взгляд:

— Ярик. Замолчи. Только не Воронин. Этого я бы тебе не простил.

— Тихо, — я вскидываю руку, когда понимаю, что крики Надежды стихли. — Тихо…

Сквозь густую тишину к нам летят обрывки детского плача, и Ярик вскакивает на ноги. Распахивает дверь, вылетает в коридор, и Юра кричит, подхватив с пола белый непрозрачный полиэтиленовый пакет:

— Ты бабки забыл! Чертила неверная! Бабки! — тяжело встает и ковыляет к выходу. — Все, мозг там отключился.

— Идем? — смотрю на Глеба.

— Идем, — он сжимает руку и встает. — Теперь ты знаешь еще один мой страшный секрет из прошлого. Меня как щенка побил у библиотеки второкурсник.

— Слышу в твоем голосе тоску.

— Сейчас мне в рожу никто не даст, — приобнимает меня за плечи и ведет к двери, — вот так… — усмехается, — посреди вежливого разговора

***

Да, автор решил и тут пройтись маленьким штришком по Воронину из “Развод. Вспомни, как мы любили” https:// /ru/book/razvod-vspomni-kak-my-lyubili-b457760

Если вы еще не с Ворониными, то приглашаю в гости. Все читатели сошлись во мнении, что это самый придурочный и бесячий мужик.

Глава 54. Не отпускай свою отличницу

Я помню те чувства и эмоции, которые я испытывал, когда видел своих сморщенных и орущих детей.

Удивление, волнение, страх, бескрайняя нежность и желание защитить. И это желание аж в висках пульсировало.

Сейчас этого ничего нет.

Да, ребенок.

Да, маленький, сморщенный и беззащитный.

Как и любой другой младенец.

Может, я моральный урод и бессовестная мразь, но в груди ничего не шевелится. Это не мой ребенок, пусть и от моего семени.

— Даже в руки не стала брать, — шепчет Люба, — отвернулась…

Я чувствую напряжение Ярика и беспокойство Нины, и от этого мне неловко. Юра в стороне стоит и наблюдает. С поздравлениями не лезет.

— Глеб… — шепчет Нина.

— Обычный младенец, — смотрю на нее. — Это все, что я могу сказать.