Расческа для лысого (СИ)

Я просыпаюсь от того, что тяжело дышать. Открываю глаза, и осторожно сдуваю с лица волосы. Не мои, если что.

Длинные такие, красивые, пахнут одурительно чем-то сладким, цветочным. Очень круто вчера было собирать эти волосы в руке, обматывать, плотные и шелковистые, вокруг кулака и тянуть на себя, пока трахаешь. Как на норовистой лошади скачешь… Отлично просто.

Я хочу пошевелиться, но тяжесть прямо на мне указывает, что тогда моя наездница проснется. И это прикольно. Объезжал ее вчера я, а в итоге, объездили меня. По крайне мере, наглая коза спит, распластавшись на груди, дышит сладко и мерно, и трогать ее не хочется. Разве что… Чуть-чуть… Вниз сдвинуть. Там как раз ее приятель утренний привет передает. Пусть поздоровается, наглая стерва.

Удивительно, насколько вчера был злой. Куда только ушло все. Хотя, понятно, куда. В трах.

Ведьма эта всю злость высосала. В похоть переплавила.

Еще вчера начала, дрянь наглая. Вот инстинкты все же работают, убиться можно! Поняла, наверно, своей жопкой, что влетела, что сейчас охеренно получит по этой самой жопке, и сходу переобулась. Все сделала, чтоб смягчить зверя. Перенаправить дурную энергию.

Я ж ее вчера чуть не пришиб в клубе! Реально готов был оплеух надавать. За дурость. Потому что, даже полируя физиономию Пилотского обсоса, я вполне отдавал себе отчет в том, что будет дальше. Не настолько ненормальный, чтоб голову терять.

Знал, что проблемы на очереди, прекрасно знал. Но оставить все, как есть, тоже не мог. Почему?

Может, уже потому, что девку своей считал подсознательно? И то, что этот утырок ее тронул… Нет, она, конечно, та еще коза. И, наверняка, ляпнула какое-нибудь дерьмо. За которое ей рот надо помыть с мылом.

Но это моя коза. И наказывать ее могу только я. А не какой-то пидор в цветном моднявом прикиде!

Когда я развернулся от его разбитой рожи, то реально был готов дуре бессовестной пару пощечин отвесить. А, как увидел ее, на заднице отползающую в сторону, с глазищами своими огромными, испуганными, с ногами бесконечными просто, гривой волос спутанных… Сразу бить перехотелось.

И трахать, само собой.

Потом, когда сопротивляться начала, пищать что-то возмущенное, трахать захотелось прямо там. Даже мысль мелькнула насчет вип-комнат, чтоб далеко не ездить.

Но, опять-таки, член — это одно, но человек, мужчина, от зверя тем и отличается, что мозгом думает, а не членом. Поэтому заразу — в машину, а сам — назад, улаживать вопрос.

И вот прям удивился я, когда люди уверили, что все улажено. Что, типа, надо было сразу сказать, что девка — моя, и вопросов бы не было. А теперь… Сначала появились, когда одного из них уработал, но потом опять отпали. И у самого побитого мною мужика, тоже претензий не было. По крайней мере, именно так он и заявил, когда в чувство привели.