Измена. Не прощу твою ложь (СИ)

Будто на каждом веке лежит по бетонной плите. Медленно моргаю, прогоняя белёсую муть, и утыкаюсь взглядом в потолок.

Там такая сияющая белизна, что хочется снова прикрыть воспалённые веки.

Что за чёрт? Смутно помню, что происходило. В памяти всплывают только Ленкины огромные глаза и страшная боль. Мне сложно сказать, где эта боль поселилась – в груди, в левой ноге. Нет, наверное, в душе. Как только события выстраиваются перед глазами, руки холодеют от ужаса. Чувствую, как кровь пульсирует в висках.

Ленка! Она всё знает!

А потом меня накрывает воспоминанием о трясущихся щеках Дмитрия, и затылок будто пронзает тысяча игл. О нет, он же теперь в курсе… Чёрт, чёрт! Он же меня раскатает, как пельмень… Но Ленка-то тоже хороша, так меня подставить. Я ведь бежал за ней, хотел всё объяснить. Надо было просто поговорить, зачем она так со мной?

Как теперь выкручиваться из этой ситуации? Не представляю. Если бы я мог сейчас уткнулся лицом в подушку и завыть от отчаяния. Но пока мне удаётся только слабый стон.

Звенящая тишина тут же разрушается высоким женским голосом:

- Марк, милый… - эта фраза бьёт по ушам так сильно, что невольно морщусь. – Наконец-то проснулся.

Легкие шаги и надо мной нависает Илона, заслоняя своим лицом белоснежный потолок. Её длинные волосы щекочут подбородок, и раздражают, хочется смахнуть их, но рука будто налита свинцом.

- Ты… - неужели это мой голос? Какой-то хриплый рык.

- Марк, молчи. Не говори ничего, – она легонько прикасается прохладным пальцем к моим губам. - Пей водичку, врач сказал, что можно.

С наслаждением делаю несколько глотков из поильника. Благодарно смотрю на Илону, всё-таки приятно, что она рядом со мной.

- Я так испугалась за тебя, так испугалась… Всю ночь здесь сидела. Еле уговорила, чтобы меня к тебе пустили.

Она говорит, а я не могу сдержать гримасу. Таким громким, резким и чужим сейчас кажется её голос. Но лучше это, чем видеть обвиняющие глаза Лены. Или бордово-красное лицо разгневанного Дмитрия.

- Это тварь… прости, милый. Твоя жена… Сначала опозорила, потом тебя чуть не убила. – Илона берёт меня за руку и сжимает ладонь. - Мы им всем покажем. Главное — сейчас тебе выздороветь, я о тебе позабочусь. Я же для тебя всё сделаю, мой милый. Всё к лучшему, поверь мне…

Молча моргаю, будто соглашаюсь. Не знаю, что хорошего во всем этом видит Илона, но пока я искренне жалею о том, что не умер. Хотя, если учесть, что Дмитрий так просто этого не оставит, возможно, мои мучения долго не продлятся. А у Лены будет возможность красиво прожить эту жизнь в качестве благородной вдовы, а не брошенки с двумя детьми.

- Где она? – голос слабый, но он хотя бы ко мне вернулся.

- Ты про свою мегеру? Не знаю, милый… Дома, наверное, со своим мужиком.

- С каким мужиком? - выдавливаю из себя вопрос.