Измена. Обман. Развод или другие приключения разведенки (СИ)

Все вокруг в раз стало так сложно, что даже тюрьма не была так страшна. И тут раздалась трель телефонного звонка.

— Блин! Мама! — раздраженно сказала Диана, но поставив на громкую связь, приняла звонок.

— Дианочка! Милая! — с экспрессией в голосе воскликнула мама сразу, как только включилась связь. — Ди! Так нельзя!

— Мама, в чём дело? — устало спросила Диана, заранее догадываясь, о чём пойдет разговор.

— Звонил Боря, ты перешла уже все границы, — даже не видя, мамы, Диана чувствовала, как та сейчас прижимает руки к груди и закатывает глаза. — Ты избила Станислава, его госпитализировали с тяжелой травмой головы, до этого избила Борю. Дианочка, но это уже переходит все границы, тебе срочно надо лечиться.

— Мама, Борю я последний раз била за то, что он меня оболгал, а Станислава я ударила один раз.

— Ди, это агрессия, это все от употребления наркотиков.

— Мама, вы там с ума все сошли? Я ничего не употребляю! У меня нет никакой агрессии, а на Станислава я напишу заявление в полицию, он меня пытался изнасиловать, — рявкнула на маму Ди.

— Дианочка, это очень плохие симптомы, ты начинаешь выдумывать то, чего не было и не могло быть, — в голосе мамы тревога. — Станислав нам все рассказал.

— Мама, до каких пор ты будешь верить ублюдкам типа моего мужа и его друга Стаса? Почему ты не веришь своей дочери? — вопрошала Диана.

— Ди, все люди, употребляющие наркотические средства, не видят в этом проблемы, ты тоже, тебя срочно надо лечить, иначе будет поздно, — в голосе мамы вновь проскальзывают нотки патетики, уж слишком театрально все, что сейчас происходит. А Диана уже догадывалась, чьи слова сейчас цитирует ее мать.

— Мам, я с тобой буду разговаривать тогда, когда ты свою голову в порядок приведешь, и начнешь верить мне, а не задроту-Бореньке.

— Диана, Диана, — в маме вновь проснулась актриса. — Если бы сейчас были живы Фаина и Давид Фридманы, тебе бы очень было стыдно, ты обзываешь плохими словами их приемного сына, я тебе такому не учила.

— Мама, если бы были живы тетя Фаина и дядя Давид, они бы волосы себе на жопе рвали, глядя на то, что творит их сынок, — и Диана сбросила звонок.

— Дааааааа, тяжело тебе будет, — Манюня таращит глаза на Диану. — Я даже не предполагала, что в твоей благопристойной семье будут такие разборки.

— Манюнь, вы сами виноваты, что вот это все началось, — бросила обвинение Диана. — Не сказали мне, что Борюсик пошёл налево, потом помогли меня оболгать, а я теперь пожинаю плоды.

— Прости, Ди, — голос Стеллы так тих, что напоминает шёпот. — Не подумала я тогда, когда Боря меня со Стасом к стенке приперли. Они ведь рядом стояли, когда твоя мать позвонила, и шептали, что надо сказать. Прости ещё раз.

— Ладно, тут уже ничего не изменишь, но ощущение у меня, что я живу в шизофреническом бреду.