Чиновникъ Особых поручений (СИ)

Очень простой, надежный и технологичный — вдобавок подходит под любой рантовый патрон.

— В самом деле?

Задумчиво оглядев чуть изогнутый патронный короб, торчащий сверху ручного пулемета наподобие акульего плавника, двадцатилетний офицер-артиллерист покосился в сторону мишенного поля — не заметив появившегося у входа на стрельбище мужчину в униформе служителей «Колизеума», быстрыми жестами «отсемафорившего» несколько условных знаков.

— Мишель, не сделать ли нам перерыв на сотню-другую патронов? А потом ты поделишься с нами своими впечатлениями о «швейной машинке»."

"По-военному четко кивнув и совершенно по-штатски озорно усмехнувшись, Великий князь легко сдернул со стола увесистый агрегат, и в компании Технического директора отбыл к огневому рубежу — составлять личное мнение о поделке майора Мадсена. Покинул место заседания и господин Долгин, у которого образовалось небольшое дело за пределами стрельбища… Однако скучать оставшемуся в одиночестве Александру не пришлось: его неплохо развлекло наблюдение за ходом испытаний. Вщелкнув набитый патронами «плавник» на его штатное место, августейший стрелок сходу «сыпанул» щедрой очередью на десяток патронов — разумеется, закономерно промазав. Нахмурившись, лейб-гвардии поручик Конной артиллерии начал действовать строго по военной науке: парой скупых очередей нащупал верную дистанцию, чуть сдвинул приклад для большего удобства прицеливания, на пару секунд замер, и… Трескучее оружейное стакатто дополнил частый жалобный звон котельного железа, из которого и была вырезана мишень на стометровом рубеже. С краткими перерывами на смену магазина, упорный «музыкант» долбил и долбил трехпатронными очередями подвешенный на цепи черный металлический блин, изрядно расцветив его серыми точками попаданий… Правда, пулеулавливающий вал тоже хорошенько взрыхлило свежим свинцом, а землю рядом с мишенью неплохо удобрило плющеными пулями.

Примерно между шестым и седьмым магазином вернулся обратно довольный Долгин: усевшись на свое место, качнул головой в сторону Михаила, все никак не могущего составить свое мнение об иноземном ружье-пулемете.

— Еще долго?

Григорий Дмитриевич определенно имел дурной глаз: стоило ему задать вопрос, как «швейная машинка» моментально передумала работать. Наблюдая за суетой Технического директора и его попытками оживить чудо датской оружейной мысли, друзья-соратники одновременно хмыкнули… Но от комментариев воздержались. Да и не о том у них сейчас голова болела.

— Ну что, как оно там?

— Французик наш пропал.