Порочное зачатие (СИ)

Вот, блядь! Только этого не хватало!

- Ты не боишься, что я могу на тебя заявить? – шепчет она так тихо, что приходится напрягать слух.

- Заявить? – хмыкаю. – Что ж…

Да, конечно, подобный исход приходил мне в голову. Но… несмотря на риск, я не могу поступиться своими принципами. Здоровье важнее всего. Уж кому, как не мне этого не знать.

- Ну заявляй, что уж там. Может, так будет даже лучше! - со злостью распахиваю дверь, покидая тачку. Потом обхожу её и открываю дверь со стороны Алисы. Подаю руку…

Она берёт мою ладонь и выходит из машины, продолжая удивлённо вглядываться в моё лицо.

- Ты ненормальный… - поражённо мотает головой.

Я лишь тяжело вздыхаю в ответ.

Да, ненормальный… Совсем крыша едет! И всё из-за тебя…

Глава 35

Алиса

Мы снова едем в машине Демида. Однако теперь я чувствую, как изменилась атмосфера между нами. Будто грозовые тучи слегка рассеялись, и сквозь пасмурное небо пробиваются робкие лучи солнца.

Если честно, я теряюсь в своих чувствах относительно босса… Его поступок показал его раскаяние красноречивее любых слов. До последнего сомневалась, что скажу на приёме врача. Меня кидало из крайности в крайность, но в итоге… я просто стушевалась и не смогла ни в чём признаться. Мне стало ужасно стыдно, и на все вопросы доктора я отвечала односложно: «да» - «нет», «нет» - «да». До сих пор не могу поверить, что скрыла всё произошедшее между нами… Почему же я смолчала? Почему…

Наверное, ответ на этот вопрос кроется в моих собственных чувствах относительно Демида. Они будто клубок жалящих друг друга змей – изворотливых, ядовитых, смертоносных… Одна часть меня продолжает винить его во всём произошедшем, в то время как другая… Начинает сомневаться в том, что один только Демид виновен в случившемся.

Когда он рядом, и заботится обо мне, я не могу смотреть на вещи трезво… Отчего-то мне хочется оправдать его поведение, и я чувствую, как сама начинаю терзаться виной. Ведь в чём-то он прав… Я врала ему. С самого начала врала и вела себя просто ужасно. Конечно, он не знает всех обстоятельств, но если попробовать взглянуть на ситуацию его глазами, то я, и правда, выгляжу меркантильной стервой… Ведь всё, чего я требовала от него – его деньги. Несмотря на явное влечение, которое я к нему испытывала, больше всего я хотела избавиться от своих проблем. И для этого использовала Демида.

Не знаю, быть может, этот тот самый стокгольмский синдром, который развивается у заложников по отношению к похитителям? Сочувствие и сопереживание монстру… Боже… всё так сложно, что мне почти невозможно понять, где заканчивается психология жертвы и начинаются мои истинные чувства!

Мы едем по трассе уже больше часа, и вскоре сворачиваем на узкую перпендикулярную дорогу.