Измена. Попаданка на сносях (СИ)

– Зря! Я никогда не вел себя с тобой коварно или несправедливо! Мы до последнего, даже в бою, дрались на равных! Если бы я знал… заранее, что так произойдет, что ты, потакая своему раздутому эго и жажде мести, свяжешься с демоном, клянусь, я удержал бы тебя! Даже ценой собственной жизни! Никто не заслуживает такой участи, отдать душу демону, отродью ада, ни один человек в мире!

Александр тяжело дышал. И говорил совершенно искренне. Может… сыграли роль старые болезненные воспоминания? А может, его неправильно воспитали? На войне Александра прозвали романтичным героем – одним из тех, о ком слагают легенды. Это не было игрой. Это было правдой. Ведь Александр всегда выше даже собственной жизни ценил честь. И заботился обо всех, кто находился вокруг него. Помнил, как, шатаясь, вышел из леса, бросив оружие, когда его отряд полег почти весь. Вышел в надежде нарваться на смерть, чтобы не терпеть удушающее чувство вины – осознание того, что из-за него погибли люди, доверяющие ему.

Так странно… Рейвен никогда не был на одной с ним стороне. Но сейчас Александр чувствовал то же самое. Ведь из-за него враг отдался в лапы демону. А значит… и Александр виноват.

Рейвен взвился из-за стола, глаза загорелись злым огнем. Пальцы сжались на рукоятке кинжала. Но разве для того, чтобы выхватить и напасть? О нет. По напряженной позе, по затаенному дыханию было видно, что он почти боится Александра сейчас. Своего пленника. Такого разъяренного и бешеного. Что ему стоило схватить один из столовых ножей или осколок разбитого хрусталя? Что стоило, воспользовавшись эффектом неожиданности, наброситься сейчас? Вот только Александр этого не делал. Лишь глаза его горели чистым, искренним огнем. Таким… благородным. Что даже Рейвен ненадолго замешкался.

А потом, не говоря ни слова, он подошел к двери. Открыв ее, молча кивнул охране. Они вошли в комнату, перехватывая Клэр. Она завилась в их руках, пытаясь вырваться.

– Осторожнее, – скупо процедил Рейвен. – Моя гостья не должна пострадать. Сопроводите ее до дома. А у нас еще остались некоторые дела с ее мужем… Я давал вам время поговорить, Алекс. Но похоже, таких бешеных зверей, как ты, сразу нужно сажать на цепь.

Рейвен усмехнулся, а взгляд стал темным, не предвещающим ничего хорошего.

О, Александр не настолько хорош, как думал Рейвен. Когда он вышел, почти вытолкав Клэр из комнаты, Александр нагнулся и подхватил довольно крупный осколок бокала. Готовый дорого продать свою жизнь. Но когда Рейвен вернулся, не сделал ни шага, чтобы напасть.

– Я о тебе забочусь, идиот! – почти выплюнул Александр ему в лицо. – О тебе хоть когда-нибудь, хоть кто-нибудь заботился в этой жизни?! Или не научили тебя этому? Атрофировано понятие благородства донельзя?

– Заботишься? – фыркнул Рейвен.