Жена по наследству (СИ)

Она разобрала постель, и мы легли рядом, как престарелая пара. При этом ни меня, ни Милану такое положение дел не огорчало. Глаза закрывались, но я хотел поговорить еще.

- Ты часто так делаешь?

- Иногда, - проговорила Мили. - И я рада, что ты не сопротивлялся.

- Мне сложно отказать тебе. Надеюсь, не будешь использовать мою слабость так часто?

- Мне тоже сложно с тобой спорить, - призналась Милана. - А отказывать совсем не хочется. Ты совсем спишь. Закрывай глаза.

- Ты останешься со мной?

- Куда я денусь? Я твоя жена.

- Останься просто так, - неожиданно попросил я. Мне хотелось рядом просто Милану, а не жену.

- Хорошо, - тихонько согласилась она, разворачиваясь ко мне спиной.

Я обнял ее и вдруг остро осознал, что боль ушла. Я не обманывал себя. Агеев все еще оставался моим отцом, который не желал меня знать, но теперь я не злился на это.

- Ты злилась на мать? — спросил я Мили, чувствуя, как новые открытия придают сил и разгоняют сон.

- Да. Очень. Раньше сильно. Сейчас мне легче принять ее... любой. Отправляя меня на сборы, разрешая танцевать сутками, она, конечно, ограждала меня от своей жизни, но одновременно исполняла мою мечту. В какой-то момент я вообще поняла, что мама ничем мне не обязана. Она дала мне жизнь. Что еще я могу требовать?

- Любви, внимания... - осторожно предположил я.

- Возможно, она не могла мне их дать... Не умела... Я не хочу ее судить. Хотя сегодня делала это много раз. Но ты ведь не осуждаешь родителей за их образ жизни.

- Только потому что они любили тебя?

- Нет, потому что они имеют право жить, как хотят.

- Так и Алексей имел точно такое же право. Правда?

Я усмехнулся. Милана была преступно права. Она так тонко подвела меня к Агееву, что я почти вслух признал, что он имел право меня не любить. Эта мысль внезапно не откликнулась болью. Я вспомнил мужчину в ресторане, который смотрел сквозь меня и сказал ему мысленно: «Что ж, это твой выбор».

Очередной этап облегчения накрыл меня волной. Она окатила мощным валом и сразу отступила, унося остатки боли, оставляя только тепло. Тепло, которое дарила мне Милана.

- Он имел право, - проговорил я через короткую и одновременно бесконечную паузу. - Все мы имеем права, но некоторые из них не вписываются в уголовный кодекс.

- Можно я не буду гуглить, за что он сидел? - тихонько попросила Мили.

- Можно, - откликнулся я, целуя ее за ушком.

Запах волос и аромат кожи вскружили мне голову, очистили разум. Я прикрыл глаза и не смог открыть их до самого утра.

Утром, открыв глаза, я не сразу понял, где нахожусь. В лицо ударил луч света из окна, и я сфокусировался на башне «Сити». Квартира Агеева. По привычке я приготовился к камню, что придавит меня к матрасу, расплющит и заставить кровить старые раны.

Удивительно, но даже через минуту камня я не почувствовал.