Развод по-королевски (СИ)

____________________________________

Мантикора* — чудовище с телом льва, крыльями птицы и хвостом скорпиона.

Глава 24

* * *После визита новой главы рода Оршал прошло больше недели. За это время случилось довольно многое: помимо обычного промысла лохмачей и заготовки меха, костной муки и мяса, охотникам удалось раздобыть первые трофеи из гнездовья саламандр. Такое событие даже затмило появление рядом со мной слишком спокойного для дикого зверя котёнка. А как иначе?

Добычей из опасного ущелья оказались сброшенные шкурки не самого лучшего качества, больше напоминавшие ошмётки. Такими вот обрывками собственных шкур саламандры помечали границы территории, тем самым отпугивая любых хищников, отчего клочки шкур достать было проще всего. Но даже так среди них можно было найти куски, чьи размеры, идеально подходили для изготовления самых прочных сапог. За такой материал любые сапожники отдадут большие деньги. Потому первые трофеи, позаимствованные у огненной нечисти, в поселении восприняли со всем энтузиазмом — инцидент с купцом порядком всполошил всех, но весть о том, что впредь дела будут вестись через торговую гильдию, воодушевил людей. При том настолько, что тех же охотников приходилось осаживать.

Заходить глубже на территорию гнезда огненных ящеров я запретила. Просто у меня имелись сомнения в эффективности обычных идолов — при таком скоплении нечисти всё же лучше перестраховаться и воздействовать на них напрямую, а значит, безопаснее всего будет добывать целые шкуры в моём присутствии.

На самом деле ранее я такой вариант не рассматривала в силу ограничителя на руке, но раз уж Рошель оставила мне, на удивлении, не просто толкового артефактора, а буквально помешанного на своём деле гения, то больше не было смысла рисковать охотниками. Тем более что Ларсэл, так звали артефактора, за столь короткий срок почти справился с моим освобождением.

— Если я всё правильно понял, а по-другому и быть не может, — самоуверенно заявил Ларсэл, поправляя на тонком носе рабочие очки с массивными стёклами, — то уже через пару-тройку дней этот орешек расколется.

Понятия не имею, откуда в таком тщедушном теле столько надменности, но как ни странно мне это не претило. Может, дело было в том, что Ларсэла оказалось трудно воспринимать серьёзно, пока… не доводилось увидеть, как ловко он общается с рунами на артефактах, как нашептывает им заклинания, заставляя перестраиваться, меняться местами и, тем самым, взламывая их магию. Только в этот момент можно было понять, что перед тобой сидит пусть молодой, но мужчина, а никак не пустословный мальчишка с куцым хвостиком русых волос на затылке.

Улыбнувшись этим мыслям, поддалась порыву и озвучила их:

— Если бы я не видела тебя в деле, то подумала бы, что ты попусту бахвалишься.