Развод по-королевски (СИ)

— Мог, — согласилась новая глава рода Оршал, — но король прекрасно понимал, что брошенный мной камень угодит в его тихий омут и запустит слишком сильные волны среди знати. Всех и без этого волновал один момент: «Почему в измене обвинена королева, когда именно рядом с королём уже сидит другая?». Пусть Его Величество оправдался тем, что леди Валестина была той, кто вас разоблачил, отчего она и получила шанс стать его фавориткой, но вопросы остались у всех."

"Новые подробности неприятно поражали, однако все размышления на этот счёт пришлось отложить. Вместо этого оценив уровень коварства женщины перед собой, я не без уважения протянула:

— Значит, вы воспользовались преимуществом и поспешили устроить переворот в своей семье.

— Вы, леди Адрианна, дали мне прекрасную возможность, — подтвердила мои догадки Рошель. — Именно ваше низвержение стало толчком для решительных действий с моей стороны — пока внимание других сосредоточено на скандале королевского масштаба, никому не будет дела до семейных дрязг одного из великих лордов.

Не удержавшись, я усмехнулась над такой формулировкой, после чего сказала:

— Выходит, вы поэтому так охотно откликнулись на моё послание?

— В точку. А ещё очень уж хотелось послушать, как, и главное, чем вы будете меня убеждать не мешать вашим планам. Месть она такая — может не состояться из-за любого неучтённого момента.

Пусть в голосе Рошель так и сквозила наглость, но вот в её глазах плескалось то, что зовут уважением. Видимо это была ещё одна из причин того, почему новая глава опасного рода так просто явилась сюда без охраны.

— Кто сказал, что я буду мстить? Может, мне нужен просто деловой партнёр, чтобы вернуть своё состояние, — невинно сообщила, старательно излучая всем своим видом смирение.

Рошель не стала напоминать мне, что её отец, а я изначально обращалась именно к нему, точно не подходил на такую роль. Вместо этого женщина махнула рукой со словами:

— Бросьте, у вас это на лице написано. Да и кто из Аджарди хоть раз прощал такое оскорбление? Вы ведь неровня обычной знати — слишком глубоки ваши корни, слишком густа ваша кровь, а вашу гордость можно только воспевать в легендах.

— Звучит почти как оскорбление, — спокойно отметила, тем самым вынудив крайне могучего вида женщину фыркнуть:

— Оскорбление? Ни в коем разе. Я само воплощение доброй воли. Даже вот готова временно одолжить вам своего человека.

После сказанного, Рошель указала на всё это время молчавшего спутника, который только и делал, что ёрзал на кресле, будто не привык долго сидеть на одном месте.