Развод по-королевски (СИ)

Сочная зелень за окном заставляла ощущать покой, а лазурное небо, раскинувшееся над ухоженными кронами, напоминало глаза любимого человека.

— Если хотите, сделаем перерыв, — снова напомнил о себе секретарь и я, так и не посмотрев в его сторону, кивнула.

Необъяснимое желание сейчас же пойти и найти мужа, проявилось в полной мере и у меня больше не осталось причин его игнорировать. Сердце в груди взволнованно забилось, а меня охватила настоящая потребность увидеть Лиама.

Забросив свою работу, чего до этого я себе не позволяла, поспешила оставить за спиной залитый роскошью и светом кабинет. Уверена, мой дорогой Лиам не будет против, если я немного покапризничаю, явившись к нему в неурочный час. Всё же иногда он допускал небольшие слабости. А сейчас меня будто со всей силой тянуло к нему невидимыми путами, которые ничуть мне не мешали.

Чем больше шагов я делала, тем быстрее ноги несли меня к тому, к кому тянулось сердце. Отсрочить желанную встречу и задержать на пути меня смогло лишь большое зеркало во весь рост — оно располагалось у входа в королевскую приёмную. Слишком уж мне хотелось выглядеть идеальной для него.

Приблизившись к отражению, убедилась, что серебристое платье с золотым орнаментом нигде не измялось и прекрасно подчеркивает изящные руки, высокую грудь и тонкую талию, а так же оттеняет карамельный тон кожи. Зато волосы пришлось немного поправить. Пара чёрных прядей у лица выбилась из сложной прически, которую завершала убегающая ниже талии коса, потому пришлось, не тратя времени на призыв горничных, возвращать локоны под специальные заколки с аметистами. С помощью тонких косичек они удерживали царский венец на голове. Вне личных покоев его приходилось носить постоянно — я так привыкла к короне, что порой забыла об её наличии.

Вот, теперь всё точно было идеально. Пряди больше не цеплялись за длинные серьги, сверкающие россыпью драгоценных камней в цвет моих глаз. Королеве полагалось носить много украшений, потому даже в такой обыденный день нельзя было обойтись без золотой парюры*.

Украдкой улыбнувшись поистине совершенному двойнику в зеркале, я осталась довольно своим видом. Теперь мой муж точно влюбится в меня ещё сильнее и никогда не посмотрит в сторону других женщин. Всё-таки, как бы не плевались в мою сторону ядом придворные, они не раз с неприятной для них честностью признавали, что их король женился на самой красивой леди Илруна.

Потому, не страдая от ложной скромности, но и не впадая в другую крайность (самовлюбленность), я прекрасно осознавала — именно внешность стала ключом к любви короля. Только благодаря моей красоте Лиам обратил на меня своё пресыщенное внимание, а затем полюбил всем сердцем.