Холодный ветер перемен (СИ)

Вечером ко мне неожиданно зашла Эфа, посоветоваться по комсомольским делам и, увидев книги, запала на них.

— Можно я почитаю? — просительно говорит девушка.

— Читай, только тут, — щедро соглашаюсь я.

Не-не, никаких похотливых планов у меня на Эфу не было, просто захотел накормить — очень уж она худенькая. А у меня уже почти готов борщ! Может он и хуже того, что бабуля готовит, но навык поварского дела у меня развился прилично за годы прошлой холостяцкой жизни.

— Садись обедать, — командую я, и Эфа, нехотя отложив книжку, садиться за наш небольшой стол.

«Пока я ем я глух и нем». Но ем я быстро, а Эфа ещё быстрее — не терпится продолжить чтение.

Наливаю чай, достаю конфеты импортные шоколадные, печенье и пытаюсь разговорить нового комсомольского лидера школы.

— Льготы для сирот при поступлении есть, но я бы и так поступила — у меня хорошо с учёбой. А моя школа-интернат образцовая, повезло нам с сестрой, — уплетая конфетки, рассказывает за свою жизнь девочка.

Отец давно умер у них с сестрой, а маму посадили, за что — не говорит. Другой близко родни нет, и пришлось сёстрам в школе-интернате куковать. Я специально спросил, не в детдоме ли? Оказалось, это школа-интернат номер пятьдесят девять в Красноярске. Она, кстати, десятилетка, и можно было продолжать учиться там, но с жильём проблемы. В заочной школе на год дольше учиться, вот и на год жилищная проблема откладывается. В это время детям-сиротам у нас государство квартир не даёт ещё.

— Ничего, потом поступлю в политех, общагу получу, — считай, ещё пять лет жить есть где, — бодро продолжает девушка. — Опять же, по комсомольской линии если идти, можно хорошо устроиться, а потом и в партию вступлю! Партийным везде почёт, к ним прислушиваются.

— Может, и замуж выскочишь, — пытаюсь подбодрить я.

Ибо с комсомольской карьерой в комсомоле, не говоря уж про КПСС, у неё точно ничего не выйдет. Школу закончит в восемьдесят восьмом, а там пара лет — и распустят нашу организацию.

— Да я так себе на морду, ещё и кости одни, а мужики на кости не бросаются, — грустно повторяет чужие слова второкурсница. — Даже ты вот не пристаёшь!

Чуть чаем не поперхнулся. С такой досадой это было сказано!

— Мне как раз твоей комплекции девушки нравятся, и не морда у тебя, а вполне симпатичное личико. Вот Ленка, соседка моя, приедет, мы из тебя конфетку сделаем, — зачем-то обещаю я.

— Ленка может, — загорелся огонёк в глазах Эфы.

— Ты книжки, вот эти три, забирай домой, — разрешаю я.

Утром в понедельник дождь ещё идёт и нечего и думать, чтобы ехать на работу на мопеде. Еду на автобусе. Зонтик прихватил, не промокну сильно. Захожу в вестибюль горкома и вижу Иванову-старшую. Оказалось, меня караулит.